— Я не понимаю, почему кланы не заполнят ее в обычном порядке. — негромко проговорил Спар. — Мандалор либо нуждается в реальном вожде либо нет. Если ты собираешься выдвигать декоративного, то точно также ты мог бы проделать всю работу — и подобрать настоящего.

— Имя Фетта наводит на аруэтиизе страх, до сущего харана. — Шиса вел себя искренно, в той манере, которая не могла не понравится Фаю. Маска скользкого типа быстро исчезла, оставив человека, который явно и искренне беспокоился за свой мир. — Что бы ни случилось с Джанго в конце концов — он убивал джедаев голыми руками. Люди такое не забывают. А если ты оставляешь кланы без центра притяжения на слишком много лет…

— …короче, мы не хотим чтобы выросли еще одни Стражи Смерти. А сейчас у нас нет бесспорного кандидата на эту работу.

Фай еще не понимал мандалорианской политики, но Парджа в ней, видимо, разбиралась. Она не садилась; она оперлась на спинку его стула, положив руку Фаю на плечо.

— А почему ты не выдвинешь себя, Фенн? — спросила она.

— Меня? Я так, на подхвате. — сказал он разводя руки. Это не выглядело напускной скромностью. — Что — то тут что — то там. Рядовой солдат. А в такое время нужно что — то большее, чем просто пара кулаков, чтобы возглавить нас.

— Нам нужен кто — то, кто удержит кланы вместе, и я думаю что ты с этим вполне справишься.

Фай просто не понимал общество где никто не хватался за власть, как только ему выпадал шанс. Вероятно здесь нечего было хватать, кроме тяжкой ноши, которая падала на плечи Манд'алора. Он тщательно сосредоточился на том, чтобы отказаться от предложения самостоятельно, и не вынуждать Парджу говорить вместо него. Она была права. Это безумие, пусть даже он и мог понять точку зрения Шисы.

— Итак, Фай, ты возьмешься? — спросил Шиса.

Фай вновь почувствовал, как на верхней губе выступает пот. Он слышал голос Скираты, предупреждающего чтобы он подумал сперва о себе.

— Я не могу как следует ходить, я не могу как следует говорить. И, к тому же, где — то есть настоящий сын Фетта. Извини. Не могу.

Шиса печально усмехнулся.

— Понятно. Не обижайся за попытку, приятель. И поправляйся со всем прилежанием, нер вод.

— Меня тоже вычеркивайте. — добавил Сулл. — Раз уж мне заплатили, драться я буду, если тебе потребуется, но я буду оставаться в тени. Мой… предыдущий наниматель был не в восторге от моей внезапной отставки.

Все посмотрели на Спара и тот пожал плечами.

— Можешь использовать меня как декорацию, Шиса, но это быстро приестся. И Фетту я ни криффа не обязан.

— Как насчет Мандалора? Ты не считаешь себя обязанным своим?

— Как? Меня не купишь на чушь про то, что Фетт послужил Республике, я вам не патриотичный мальчик. — он повернулся к Фаю. — Как я тебе говорил, нер вод — Фетт и моттовой задницы не дал бы ни за что, кроме себя. Он получал плату за то, чтобы помочь наштамповать пушечное мясо, вроде тебя и меня. И вот это требуется Мандалору как символ его мощи? Кошмар.

Значит это Спар говорил с ним на базарной площади Энцери. Фай хотел бы знать — чувствует ли он вину за то, что дезертировал, причем даже раньше чем началась война. Он не походил на страдающего от чувства вины, но было в нем что — то, что отдавало сожалением.

— Значит ты не против. — медленно проговорил Шиса, — чтобы я запустил историю о том, что ты один из сыновей Фетта, и что Мандалор рассматривает тебя как кандидата на его место.

Спар изобразил типичное для ЭРКа презрительное выражение: одна бровь поднята, губы сжаты в линию. Должно быть, они ему научились от Джанго.

— Не против, до тех пор, пока ты не будешь рассказывать что я дезертир… или до тех пор, пока и за мной не вышлют расстрельную команду.

— Спасибо, приятель. — Шиса поднял свою кружку, и на этом они, похоже, пришли к соглашению. — Может быть это всё, что нам сейчас нужно.

Фай всё еще не мог понять почему Шиса просто не вышел сам и не принял на себя обязанности Манд'алора, если он и так явно исполняет большую их часть. Парджа воспользовалась возможностью, и утащила Фая в тихий уголок кантины.

— Рада, что с этим разобрались и закончили. А ты отлично держался, кэр'ика. — Она глядела в сторону двери, высматривая Джусика. Ты свой долг отдал с лихвой. Теперь тебе самое время побыть эгоистом.

Фаю не слишком хорошо удавалось говорить «нет» и вкладывать в сказанное именно такое значение. Скирата растил свои отряды в уверенности что они могут сделать всё, что угодно, потому что они лучшие; и от такой, глубоко въевшейся, уверенности был всего один шажок до чувства, что ты обязан взяться за любую задачу — просто потому, что ты можешь это сделать. И сейчас Фай сражался с грызущим его смутным чувством, шепотом, который говорил что ему всего — то и надо было сидеть, выглядеть похоже на Фетта и болтать как Манд'алор…