– А как бы ты это узнал? Насколько я понял, ты рос у родственников в мире маглов. Это всех удивило, ведь в магическом мире у тебя много родни, но всем распорядился Дамблдор, который у нас является аналогом магловских мафиози, естественно его все боятся и не возражают.

– Мистер Дамблдор не такой! – возмутился Поттер.

– Стоп, погоди. Ты сейчас наговоришь много чего в запале, а это не хорошо. Давай смотреть на факты. Злым родственникам тебя кто отдал?

– Директор Дамблдор, – насупившись, пробурчал Гарри.

– Это факт. А ведь он мог отдать тебя, да хотя бы в нашу семью, или Лонгботтомам, как родне и тогда ты бы вырос в нормальных условиях. Ну да ладно. Теперь главное – твой шрам. Это точно не след от заклинания Авада Кедавра, у тебя в кожу вживлён темномагический артефакт, изготовленный из нити, и это мог сделать только тот, кто вынес тебя из дома. Кто это сделал?

– Хагрид, – произнёс Поттер, нахмурившись ещё больше.

– Не думаю. Скорее Хагриду тебя передал Дамблдор.

– То есть… Не было никакой Авады, а директор вшил в меня тёмный артефакт? – если бы не легкое воздействие феромонами и располагающие к себе вибрации голоса и движения, то парень уже бы убежал с криками о том, что я врун, а директор святой. – Но почему тогда все уверены, что это была Авада и как ты можешь это доказать?! – Гарри чуть ли не закричал.

– Да всё просто. Не двигайся.

Протягиваю руку, обезболиваю лоб и с помощью режущего заклинания вырезаю шрам. Удерживаю кровь и тут же накладываю заживляющие заклинания. Спустя пару секунд у парня оказался совершенно чистый лоб, без шрамов и крови. Гарри расширенными от ужаса глазами уставился на сжимаемый в левой руке кусок окровавленной кожи и побледнел. Достаю волшебную палочку и трансфигурирую парту в большое зеркало.

– Испугался? Посмотри на себя.

На деревянных ногах, словно голем, Поттер приблизился к зеркалу и с удивлением уставился на свой лоб. Он неверяще стал трогать его. Спустя некоторое время мальчик повернулся и посмотрел на меня с восхищением.

– Драко, – сказал мальчик хриплым и дрожащим голосом. – Но почему так никто не сделал? Почему никто не убрал шрам, если это так просто?

– А ты просил?

– Нет, – буркнул Поттер и опустил глаза.

– Гарри, запомни, всем на всех плевать, кроме самых близких людей. Ты можешь рассчитывать лишь на самого себя. Твоё здоровье должно волновать только тебя. Никто не придёт и не поведёт тебя за руку к целителям. Понимаешь?

– Понимаю, – грустно ответил парень.

– Мы не закончили. Ты просил доказательств? Ну как минимум одно у меня в руках, – трясу окровавленным шрамом и начинаю сдирать кожу, обнажая тонкую проволоку из какой-то стали. – Тебя могли исцелить, но наоборот, покалечили и вживили темный артефакт, после чего во всех газетах и книгах раструбили об особой примете, а тебя выставили как героя, отбивающего лбом не отражаемые заклинания. Теперь веришь?

– Теперь верю, – Поттер стал злиться на Дамблдора. – Но зачем это директору?

– А зачем магловские мафиози занимаются преступными делами?

– Потому что они злые! – наивно ответил Поттер.

– Ха-ха-ха-ха! Гарри, ну ты даёшь! Нет, ты не прав. Почти всегда всё делается ради денег.

– Но, у меня же нет денег, – произнёс Поттер.

– Точно? А как же наследство отца? Он же был аристократом и богатым человеком, один из двадцати восьми благородных родов.

– Хагрид на мой день рождения повёл меня в косой переулок, и мы зашли в Гринготтс, где посетили мой сейф, – сказал Гарри. – Он ещё тогда долго искал ключ от сейфа.

– То есть, ты на одиннадцатилетние впервые увидел свой сейф? А у тебя не возникло вопросов, почему ключ от твоего сейфа был у кого-то другого?

– У Дамблдора, – зло сказал Поттер. – Хагрид сказал, что ключ дал ему Дамблдор! То есть, пока я жил у Дурслей, он пользовался моим сейфом? – У Поттера глаза стали наливаться красным, как у бешеного быка.

– Так тебе отдали ключ от сейфа?

– Нет, – зло сказал Поттер. – Хагрид буркнул что-то о том, что я слишком маленький и взятых денег мне хватит.

– Гарри, мне неприятно это говорить, я понимаю, что ты сирота, но всех окружающих удивило, что ты, будучи богатым аристократом, одет в поношенные вещи не по размеру. Мне всё равно на то, как одеты люди, поскольку в сравнении с когда-то виденными ребятишками, ты ещё богато одет и сыт. А вот оно как вышло. Оказывается, тебе даже не дают воспользоваться своими же деньгами. И как? После этого продолжаешь считать Дамблдора и Хагрида хорошими?

– Нет. Теперь нет. А что за дети?

– Есть в мире места, где до пяти лет дети бегают голышом и босыми, им за счастье, если в этот день они поедят. Так что то, что ты жил у не самых лучших родственников, это не худшее, что могло случиться. Отдал бы тебя Дамблдор на воспитание в нищее африканское племя, или ещё хуже, в крестьянскую Тайскую семью, и пошёл бы ты в возрасте девяти лет торговать своим телом, чтобы кормить всю многочисленную приёмную семью…