Крепостные бастионы Иван-города были густо покрыты заплесневелым мхом и даже местами — реденькой травой, проросшей сквозь камни, на свинцовых крышах башен зияли многочисленные дыры. Было совершенно очевидно, что шведы в последние годы совершенно не занимались этой — когда-то грозной — твердыней.

— Алексашка, постой! — громко закричал Пётр. Егор, внутренне передёрнувшись, пошёл навстречу царю, проговорил — тихо и ласково:

— Мин херц, дорогой ты мой! Что ж ты по-русски-то орёшь? Ополоумел совсем? Повяжут ведь! Договаривались же: общаться только на языках иноземных…

— Ладно, не сердись, охранитель! — тут же покладисто перешёл на немецкий язык царь. — Лучше объясни мне, глупому: зачем нам надо первым делом занимать этот никчемный Иван-город? В чём здесь выгода, профит какой?

— База нам нужна, Пётр Алексеевич! База — где можно заранее заскладировать запасы продовольственные и огневые… Дороги-то наши российские — одно название только. Вот решим мы штурмовать крепость Нарвскую. И — что? Потянутся от самой Москвы обозы длинные, бесконечные. Треть из них застрянет в грязи русской, серьёзной, а у другой трети колёса отвалятся по дороге…

— Верно то! — подошедший Лефорт поддержал Егора. — Для войны со шведами нужны базы промежуточные! И совсем необязательно, что такой базой Иван-город быть должен. Городишко Юрьев вот — тоже расположен удобно весьма. Псков также годится под базу серьёзную…

По хлипкому мосту они перешли через мелководную и шумную Нарову, поднялись на высокий холм, с которого открывался шикарный вид на всю Нарвскую крепость и её ближайшие окрестности.

— О, какое хорошее место для наведения мостов дополнительных! — заявил Лефорт, указывая подзорной трубой на русло Наровы, делящееся в двух верстах от крепости на несколько узких рукавов.

— Очень даже хорошее! — согласился Пётр. — Но ты, герр Франц, поведай мне лучше о том, что думаешь о самой крепости. Можно ли её взять быстро, наскоком одним?

Лефорт отрицательно покачал головой:

— Нет, государь! С наскока — не взять! Тут осада нужна долгая, по всем правилам…

Каменные бастионы Нарвы, выступавшие широкими полукружьями, действительно, смотрелись очень даже солидно: светлые крепостные стены, сложенные из гранитных валунов, были высоки и широки, из многочисленных башенных щелей и амбразур угрожающе высовывались дула пушек и картечных мортир.

— Фома, Глория, Кристеваль, Триумф, — неторопливо перечислил Лаудруп названия бастионов, подытожил: — Стены сей крепости очень прочны, чугунные ядра раскалываются об них на части мелкие. Да и рыть апроши — дело бесполезное, только порох переводить зазря…

Царь, очевидно, понял датчанина и без перевода, надолго приник к окуляру подзорной трубы, после чего спросил хмуро:

— Это что же получается? Данную крепостицу взять невозможно? Штурмом ежели? Только если долгим измором?

— Это как посмотреть на задачу сию! — важно произнёс Лефорт. — Осада крепости не обязательно должна быть долгой… Ежели противник расслабится, то он и запасов всяких не создаст должных. Так, месяцев на четыре-пять. Стандартное решение… Если начать внезапно — блокаду полную, то и виктория будет всенепременно. Можно и штурмом решить всё. Только вот…

— Что — только?

Лефорт покаянно взялся ладонью за лоб:

— Только пятнадцать штурмовых единорогов, годных к разрушению таких крепких стен крепостных, купил я во Франции, государь! Моя вина…

— А сколь надобно?

— Сам считай, государь! На каждый из бастионов этих требуется по пятнадцать единорогов ломовых… Что получается? Шестьдесят! Без этого не стоит и начинать осаду! Шестьдесят орудий и сто двадцать тысяч ядер чугунных, а лучше — двести тысяч. Докупать ещё пушек теперь надобно…

— Чего это — докупать? — вмешался Егор. — Пусть Фридрих — вместо денег — пушки шлёт осадные! Опять же, есть ещё норвежцы и датчане, коим шведы сильно досаждают. Вот пусть тоже помогут орудиями ломовыми… Да вот же — слабое место Нарвы! Видите, сколь тесно в городке расположены крыши черепичные? Тут и там торчат шпили католических кирх? Сильные и бесконечные пожары — вот что по-настоящему страшно для Нарвы! Я уже поручил Якову Брюсу поработать с белым фосфором, сделать новый заряд пушечный — горючий такой, жаркий…

Погуляли потом, не торопясь, часа два с половиной, по самому Нарве-городу. Дороги узенькие — булыжником мощёные, дома симпатичные — под крышами черепичными, люди встречные — вежливые да приветливые. Абсолютно ничего необычного, Европа сонная такая, чистенькая, знакомая уже…

— Вона, кстати, ворота тёмно-красные! — чуть заметно кивнул Егор головой. — Это же склады пороховые! А охрана? Смотрите, вона, две шлюхи местные свободно проходят за шлагбаум! Часовые улыбаются ещё… Тут подумать надо крепко… Как это — о чём? Есть, знаете ли, предмет…