– Вот бы мне и с мужчинами быть такой же верной и постоянной, – вздохнула тогда Цветкова, – как с машиной-то. Но железный конь не предает в отличие от людей. Эх, моя девочка! – разговаривала с автомобилем Цветкова.

Она села за руль и включила отопление. Снег пошел еще сильнее, и дворники едва с ним справлялись.

«Похоже, что этот Новый год я буду встречать с Агриппиной Павловной», – грустно подумала Яна, имея в виду свою домоправительницу. Ричард забрал их сына на все зимние каникулы и улетел с новой семьей в Швейцарию на горнолыжный курорт. «Лучше бы и я с ними напросилась», – продолжала размышлять Яна и представила лицо Люды, нынешней жены Ричарда, когда бы он спросил: «Можно моя бывшая поедет с нами?» Конечно, Люда не стала бы возражать. Люда была очень доброй, милой и покладистой. Именно такую женщину Яна всегда и желала бывшему мужу. Но даже при минимальном общении с Людмилой Цветкова всегда чувствовала, что Люда ревнует ее к Ричарду. Грешным делом Яна и сама подсознательно понимала, что Ричард любит ее. Это мучило и напрягало, поэтому Яна не очень любила бывать у них в загородном доме, а вот сын часто бывал в гостях у отца.

– А может, к Асе в гости пойти? – вслух произнесла Яна.

Дома даже елки нет. Да и зачем? Ребенка весь Новый год не будет, ей с Агриппиной Павловной лишние хлопоты ни к чему.

– Новый год без елки, без ребенка, без любимого, без желания и настроения, – констатировала Яна и тронулась в долгий путь до дома по предпраздничным пробкам.

Задребезжал телефон.

– Алло? Виталий? Что хочешь? – резко спросила Яна.

Это был давний друг – следователь, майор полиции. Дело в том, что волею судьбы госпожа Цветкова не раз становилась свидетелем того или иного преступления, а иногда и сама была то подозреваемой, то жертвой. В общем, обладала Яна Карловна потрясающей способностью влипать во все неприятности на свете. И все было бы ничего, если бы она не пыталась еще и расследовать их, чем доводила ситуацию до абсурда, а Виталия Николаевича – до белого каления. Этот «одинокий волк сыска» давно смирился с тем, что когда-то судьба свела его с Яной Карловной Цветковой и воспринимал ее как проклятие своей жизни. Агриппина Павловна и Ася даже предположили, что Виталий Николаевич влюблен в Яну, тайно, в глубине души, где-то очень-очень глубоко. Но если майор и был воздыхателем Цветковой, то он понимал, что такая женщина, как Яна, вряд ли ответит ему взаимностью. Она была слишком неординарной, непредсказуемой, к тому же все время витала мыслями в облаках. Да и Агриппина Павловна с большим сожалением и знанием дела сообщала всем Яниным друзьям и приятелям, что все попытки увлечь Цветкову бесполезны, так как она продолжает сохнуть по своему «заморскому принцу», имея в виду Карла Штольберга.

В такие минуты Яна называла ее «домомучительницей».

– Чего ты мне душу терзаешь? Зачем ты мне все время о нем напоминаешь?

– Как будто ты о нем забыла хоть на минуту! – фыркала домоправительница и удалялась с гордо поднятой головой.

«А ведь она на сто процентов права!» – вздыхала Яна.

Никакие яркие романы, возникшие в ее жизни после Карла, не вычеркнули его из памяти, словно он вошел в ее сердце самым твердым на земле алмазом, а все остальные – так… мужчины-печеньки, которые разваливаются от еле моросящего дождичка и легкого дуновения ветерка.

– Что делаешь? – спросил Виталий Николаевич.

– Стою в пробке.

– Понятно! Затаривалась в магазинах! – хмыкнул Виталий Николаевич.

– Веришь – ничего еще не покупала, встречалась с одной знакомой, и то зря. Задурила мне всю голову! – ответила Яна.

– А что на Новый год делаешь? – спросил майор.

– Я? Да не знаю…

– Я вот тебя пригласить хотел… – И голос в трубке затих.

– Куда?

– Яна, не тупи! На Новый год! Мы тут с мужиками едем к одному на дачу! Чистый снег, банька, шашлычки из того, что подстрелим!

– Чего? – переспросила Яна.

– Цветкова, ты проверь, у тебя случайно выхлопы не в салон идут? На охоту, говорю, пойдем, подстрелим кабана и зажарим на вертеле! Такого Нового года не забудешь никогда!

Яна же, с трудом представляющая себя на рыбалке и охоте, вообще не понимала, что ей там делать.

– Ты сказал, что едешь с мужиками. Я, конечно, тронута, что ты воспринимаешь меня как «рубаху-парня», но…

– Яна, мужики едут с женами, ну а я… тебя приглашаю. Вы очаг будете контролировать.

– Чего?

– Чего-чего… Уют, говорю, создавать! – не вытерпел Виталий Николаевич. – А мы на охоту.

– А если вы ничего не поймаете, мы что будем кушать на Новый год? Консервы? – уточнила Яна.

– Как это мы не поймаем?! – возмутился Виталий Николаевич. – Еще скажи, промажем и не подстрелим никого! Едет весь следственный отдел, да там такие ребята – в глаз белке попадут!

– А ты не кипятись! Чего ты орешь на меня? Позвонил и орешь! Жениться тебе надо, Виталий! Хотя с таким испорченным характером кто за тебя пойдет?..

– А ты не пекись о моей нелегкой судьбе и личной жизни! Все будет хорошо! Ты мне скажи, едешь или нет? Хорошие люди, веселая компания!

– Ты знаешь… извини меня, но я себя не представляю в сугробах, у очага, в компании незнакомых теток. А потом, ты меня знаешь! Мне еще и кабана в последний момент станет жалко, не дам его убить и испорчу всей компании праздник!

– Это возможно, – вздохнул явно расстроенный Виталий Николаевич, – ну, если передумаешь… Я на связи.

– Спасибо! С наступающим.

Яна наконец-то попала на улицу, где происходило хоть какое-то движение, и включила радио. Но в этот момент снова зазвонил телефон.

– Привет, это Артур.

– Привет, – мысленно улыбнулась Яна. С Артуром у нее сейчас был роман, но в последнее время они часто ссорились. Яна не понимала его приступов раздражения, потому что ее как раз все устраивало. А вот Артура, похоже, нет.

– Я как приходящий мужчина для секса! Я чувствую, что меня используют! – кипятился он.

– А ты не чувствуй, – отвечала Яна. – Я-то думала, что у нас отношения!