– Но ведь могут быть и убытки, - заметил Невилл.

– А вот давайте встретимся на этом матче и посмотрим, прибыль или убытки, - встряла с предложением Джинни Прюэтт, уже просчитывая в голове, как убедить деда подсесть на хвоста к этим двум предприимчивым пройдохам с хорошей реакцией…

*

Гарри проснулся резко, с сильно бьющимся сердцем и болью в шраме. Он видел глазами Лорда. Видел его глазами и слышал его ушами. Слышал обрывки его мыслей. Чувствовал радость убийства. Это настораживало, пугало и удивляло одновременно.

Особенно напрягала боль в шраме. Она означала, что видения эти случайностью не были. Такая боль у него возникала только однажды, когда он приблизился к Квиррелу.

Гарри встал с кровати и пошёл писать письмо. В письме была просьба об обучении. И адресовалось оно Северусу Снейпу. Об обучении легилименции и окклюменции.

Поттер запечатал письмо и вручил его Букле.

Спать ему больше не хотелось. Так что он отправился практиковаться во владении мечом за город.

*

– Здравствуйте, Поттер, - сдержанно поздоровался Снейп с отворившим ему дверь мальчиком.

– Здравствуйте, профессор, - поклонился ему мальчик и пропустил в дом. Добби принял плащ и шляпу мужчины.

Мальчик провёл профессора в гостиную. Добби быстро прикатил столик и сообразил чай с печеньем.

Снейп принял чашку и сел в кресло.

– Итак, Поттер, - начал он, - признаться честно, я был весьма удивлён вашим письмом. Самим фактом. Но вашей просьбой я был удивлён ещё больше. Что заставило вас полагать, что я владею легилименцией?

– Досье, собранное по моему заказу гоблинами, - честно ответил мальчик.
– По их данным, вы, сэр, на данный момент являетесь одним из трёх сильнейших легилиментов Магической Европы. Оставшиеся двое это Дамблдор и Лорд.

– Допустим, - не стал отпираться Снейп, - сведенья коротышек, как правило, верны. Но почему вы обратились ко мне? А не к Дамблдору?

– Вы бы ещё к Лорду посоветовали обратиться, - позволил себе лёгкую улыбку мальчик, тут же, впрочем, вернув серьёзность.
– Я не доверяю ему.

– А мне, значит, доверяете?
– приподнял одну бровь Снейп.

– Да, - согласился Поттер.
– Я доверяю близкому другу моей матери.

– Откуда вам это известно?
– слегка переменился в лице профессор.

– У Лили Поттер, в девичестве Эванс, был личный сейф в Гринготтсе. О его существовании не знал даже муж. И соответственно не имел к нему доступа, - начал мальчик.
– Мне он перешёл по наследству. В нём было немного денег (около ста галлеонов), несколько лабораторных журналов по экспериментам с Чарами и дневник. Личный дневник Лили Эванс-Поттер.

Снейп сидел, словно громом поражённый. Мальчик достал из тумбочки тонкую тетрадку в кожаной обложке.

– Лили была очень близка к званию Мастера Чар, так что не удивительно, что и дневник её был зачарован. Протеевыми чарами он был соединён с блокнотом, который она носила с собой. Всё, что писала она в блокноте, появлялось в дневнике в сейфе, а на самом блокноте стиралось. Так что тут записи вплоть до самой роковой ночи, профессор, - продолжил пояснения Гарри.
– Сэр, прошу вас, примите его, - протянул мальчик тетрадку Снейпу.
– Мне кажется, она хотела бы этого.

Воцарилось молчание. Снейп сидел, держа в руках дневник любимой женщины, как величайшее сокровище в мире, и не решался его открыть. Мальчик же думал о чём-то своём.

– Профессор, - наконец нарушил молчание Гарри, - я думаю, что вам было бы удобнее читать его в одиночестве. Может быть, перенесём нашу встречу?

– Да, пожалуй, вы правы, Поттер, - согласился словно очнувшийся мужчина.
– Я зайду завтра, - сказал он и встал со своего места, пряча дневник в складках мантии.

*

– Здравствуйте, Поттер, - сдержанно поздоровался Снейп с отворившим ему дверь мальчиком.

– Здравствуйте, профессор, - поклонился ему мальчик и пропустил в дом. Добби принял шляпу мужчины.

Мальчик провёл профессора в гостиную. Добби быстро прикатил столик и сообразил чай с печеньем.

Снейп принял чашку и сел в кресло.

– Итак, Поттер, - начал он.
– И зачем же вам потребовалось учиться легилименции?

– Мне снятся странные сны, профессор, - признался Гарри.
– В них я вижу глазами Лорда. Слышу его ушами и воспринимаю обрывки его мыслей. Что самое неприятное, это всё сопровождается сильной болью в шраме. Поэтому я хочу научиться основам легилименции и разобраться в этом.