Гефест и Аполлон торжественно сдёрнули ткань, и зрителям предстала большая, натёртая до блеска бронзовая пластина.

– - Зеркало, - предположила Афродита.

– - Щит, - сказал Арес.

– - Скучный щит, - заметила Афина.
– Никаких украшений.

Из щита вдруг зазвучала торжественная музыка и на сверкающей поверхности отразились лица его создателей - Аполлона и Гефеста. Утробным голосом щит произнёс: "Мы делаем ясновидение доступным".

– - Рекламный щит, - сказал Гермес.
– Точнее, саморекламный.

На авансцену вышел Аполлон, поклонился и сказал вступительную речь:

"Боги мои! Сегодня мы представляем вашему вниманию наше последнее изобретение. Собственно, изобретение моё, но реализовал его в бронзе Гермес. Оно позволяет нам заглянуть в прошлое и в будущее, увидеть любого смертного, узнать, чем он занимается и что у него на уме. Конечно, боги это могут и так, но присутствующие знают, сколько возни иной раз требуется, чтобы найти нужного смертного - это и само по себе не всегда просто, а некоторые так умеют от нас прятаться, что голову сломаешь, пока их отыщешь. Кроме того мысленные поиски и наблюдение требуют порой таких усилий, что после часа наблюдений гарантированы сутки жуткой головной боли. Ясновизор сделает за нас самую утомительную работу, а нам нужно будет только смотреть на экран, не прилагая никаких усилий. Просто скажите, за каким смертным вы хотите наблюдать, и вы его увидите".

Боги зашушукались.

– - Ну, раз так, - раздался голос Посейдона, - то давайте посмотрим, чем там занимается, скажем, Тезей.

– - Пожалуй, - одобрил Зевс.
– Тезей персонаж положительный.

Остальные боги согласно закивали. Когда-то весь Олимп напряжённо следил за битвой Тезея с Минотавром, но потом многие упустили героя из виду.

Ясновизор засветился, и на его экране появился афинский дворец царя Тезея. На днях к нему в гости приехал его старый друг Пирифой. Перед друзьями был накрыт стол, уставленный всякими яствами, большинство которых были нетронуты. Множество пустых амфор, разбросанных вокруг, говорили о том, что герои всё же проводили время не только за разговорами. Говорили они с трудом, но много. Сейчас Тезей заплетающимся языком как раз произносил длинную речь:

– - ...так вот, я это к тому говорю, что нам, героям, непременно надо продолжать свой род, в смысле, кому другому можно и без этого жить, а ты, Пирифой, просто обязан иметь жену, и не какую попало. Чтоб не портить породу, ты должен жениться не менее как на дочке Зевса, самой красивой девушке в Элладе. Я говорю о Елене Прекрасной.

– - Разве она дочка Зевса?
– возразил Пирифой.
– Тиндарей же её отец.

Тезей насмешливо хмыкнул.

– - Тиндарей? Скажешь тоже! Ты видел того Тиндарея? Может у такого быть дочь красавица? Или ты не слышал историю о лебеде, который навещал мать Елены Леду?

– - А Тиндарей согласится выдать её за меня? Он, насколько я знаю, никаких женихов к ней не подпускает.

– - Ты что, спрашивать его будешь? Или ты не герой? Или у тебя друзей нет, чтоб помочь тебе устроить личную жизнь? Мы с тобой сейчас же отправляемся в Спарту за твоим семейным счастьем, и если у нас на пути встанет целая армия, то оно будет только веселее.

Тезей так резво вскочил из-за стола, что отлетел до стены зала, схватился за неё, восстановил равновесие, нелепым прыжком подскочил обратно к столу, схватил с него две амфоры с вином и рывком бросился к двери. Пирифой тоже сунул подмышки по амфоре и, шатаясь, пошёл вслед за другом.

Вскоре оба объявились в Спарте. Быстро наведя справки, они направились к храму, где по слухам сейчас была Елена Прекрасная. В храм никого не пускали, но два героя быстро устранили помехи на своём пути. Стражники, которым повезло остаться в живых, разбежались, и герои ворвались в храм. У статуи богини они увидели девочку лет двенадцати. Нисколько не испугавшись, она с любопытством смотрела на героев и их окровавленные мечи.

– - А что, дяденьки, - весело спросила девочка, - это вы меня похищать пришли?

Герои замерли. Девочка была очень красива и не по возрасту развита, но вовсе не её красота привела их в трепет.

– - Ты кто, девочка?
– хриплым голосом спросил Тезей.

Та кокетливо улыбнулась, сложила опущенные руки и, раскачивая бёдрами из стороны в сторону, нараспев ответила:

– - Мама называет меня Леночкой, а для всех я Елена Прекрасная.

– - А сколько тебе лет?
– с нескрываемым ужасом спросил Пирифой.

Леночка обиженно оттопырила губки.

– - Что это вы, дяденьки за вопросы задаёте? Пришли похищать, так похищайте, а то сейчас на помощь звать стану.

Пирифой проглотил комок, подступивший к горлу.

– - Тезей!
– прошептал он.
– Это уже совсем другая статья получается!

– - Не дрейфь!
– так же шёпотом ответил Тезей, которого самого забил озноб.
– Это дело поправимое. Была б она старушкой, то беда, а что она девочка ещё - это пройдёт через пару лет. Не отступать же!

– - Так вы чего?
– строго спросила Елена.