А Гера продолжала рыдать и осыпать мужа упрёками до тех пор, пока не услышала его ровное сопение. Зевс, утомлённый её жалобами и бесплодными размышлениями уснул, склонив голову на грудь.

Гера поспешно вытерла слёзы и привела себя в порядок. В конце концов, она добилась своего - утомила и усыпила мужа.

Она поблагодарила Гипноса. "Передай Посейдону, что ему больше нечего бояться", - бросила она, перенеслась во дворец Афродиты и молча сунула ей пояс.

– - Быстро же ты обернулась, - заметила Афродита.
– Я думала, до края света добираться дольше.

– - Я сжала время.

– - Я так и поняла, - улыбнулась Афродита.
– Ну как, сработал?

– - Сработал, - буркнула Гера.

– - Я и не сомневалась, - самодовольно сказала богиня любви, надевая пояс.
– Он всегда срабатывает.

В это время Гипнос сообщил Посейдону радостную весть о том, что Зевса некоторое время можно не опасаться, и морской бог, уже не скрываясь, взял на себя командование греческим войском. Никого из бойцов не удивляла яростная воинственность, охватившая тишайшего жреца Калханта. Первым делом Посейдон приказал всем поменяться щитами, чтобы у сильных воинов были большие щиты, а у слабых маленькие. В обычных условиях такой приказ вызвал бы только сутолоку и неразбериху, но команда богоподобного Калханта была выполнен быстро и без всяких проволочек. Греческие командиры, забыв о ранах, обходили бойцов и следили за обменом щитов.

Ужасный шторм поднялся на море, за спинами греков. Волна накатилась на берег, и греческое воинство, будто её продолжение, ринулось вперёд, готовое смыть на своём пути и троянцев, и Трою.

Метнув копьё в большого Аякса, Гектор попал в ремень, на котором держались ножны меча, и не причинил вреда греческому герою. Он отступил за новым копьём, но в это время разгневанный Аякс метнул камень, и Гектор, не успев прикрыться, получил мощный удар в грудь, пониже горла.

Он с грохотом повалился на землю, на радость грекам, которые бросились к нему, желая добить, но троянские герои, оказавшиеся рядом, тут же сбежались и закрыли его щитами. Они отбивали все атаки греков, пока другие троянцы вынесли раненого командира в тыл, за стену лагеря, погрузили на колесницу и отвезли к реке. Там его положили на землю и стали освежать водой, пытаясь привести в чувства. На короткое время Гектор открыл глаза, захаркал кровью и снова потерял сознание.

Лишившись вождя, троянцы обратились в бегство.

Последний рубеж

Громовержец с трудом разомкнул веки, пробежал рассеянным взглядом по тому месту, где он только что видел нимфу, но та уже ушла, и Зевсу не удалось её снова найти. Огорчённый бог перевёл взгляд на поле битвы и подскочил от неожиданности: он увидел Посейдона, ведущего в атаку яростные полчища греков, троянцев, изгнанных из лагеря и с трудом сопротивлявшихся натиску врагов, Гектора, умирающего в тылу, на берегу реки.

"Ну зараза!
– подумал Зевс.
– Вот, выходит, зачем она мне тут голову морочила!"

"Гермес! Аполлон! Ко мне!" - заорал он.

Гермес со своим неизменным "Чего, Кроныч?" появился мгновенно. Аполлон на пару секунд задержался и, возникнув, сразу заворчал: "Ну, кому я ещё понадобился? На меня хозяин ругаться будет за то, что я с работы ушёл".

"Ты Ахилла-то из себя не строй!
– рявкнул Зевс.
– Я тебе не Фетида и даже не Агамемнон. В Тартаре у меня капризничать будешь! Гермес! Быстро убери оттуда Посейдона! Аполлон! Мигом приведи Гектора в чувство! И пусть гонит греков обратно к кораблям. Вот, возьми мою эгиду. Помоги троянцам - с эгидой ты будешь солиднее смотреться".

Вызванные боги исчезли.

"Гера!" - прорычал громовержец.

Его супруга появилась немедленно. Её взгляд был такой невинный и удивлённый, что никто бы не подумал, что она догадывается, зачем её вызывают.

– - Что ж это вы с Посейдоном с Гектором сделали? А?! Мне что, снова тебя надо между небом и землёй подвесить, чтоб ты, наконец, поняла, кто у нас в семье главный?

Гера недоуменно захлопала ресницами.

– - Ты что, дорогой!
– дрожащим голосом сказала она.
– Ты думаешь, это я Посейдона на Гектора натравила? Да я небом и землёй клянусь, и водами Стикса, и твоей головой, и нашим супружеским ложем: Посейдон сам в войну вмешался, по собственной воле. Я бы ему сказала, чтобы он всегда делал только то, что ты велишь, но разве меня на Олимпе кто-то слушает?!

Не поверить страшной клятве и честным глазам супруги Зевс не мог.

– - Если бы мы с тобой, Гера, всегда действовали согласованно, - растроганно сказал он, - то никакой Посейдон не решился бы нам противоречить, и тебя бы все на Олимпе слушали, как слушают меня.

Довольная своей хитростью Гера со скоростью мысли перенеслась на Олимп и оказалась в окружении богов, которые в беспорядке толпились перед ясновизором, пытаясь что-нибудь разобрать. Без комментариев неожиданно покинувшего их Гермеса это было нелегко.

Все повернулись к Гере. Первой заговорила богиня правопорядка Фемида:

– - Что случилось? Зачем тебя Зевс так срочно к себе вызывал? Надеюсь, он не совершил по отношению к тебе ничего антиобщественного?

– - Что ты спрашиваешь?
– сказала Гера, присаживаясь. Её лицо выражало такую скорбь, что все боги прониклись состраданием и беспокойством.
– Ты же знаешь Зевса. Я могла бы сказать, что от него услышала, но не хочу никого огорчать.

"Расскажи! Расскажи!" - наперебой загалдели боги.