Маг чувствовал, как весь покрывается гусиной кожей, словно от холода. В какой-то момент ему даже показалось, что он простудился. Голова была такая же глушённая, как при простуде. Чихнув, Джулиан сел. Ощущения были странными. Осторожно встав, Маг подошёл к коробке, в которой сидел Бонифаций. Умаявшись за день, крысёнок спал.

– Чего ты шастаешь?
– послышался сонный голос Алмоша.

– Хочу и шастаю, - ответил Джулиан и снова чихнул.

– Простудился, что ли?

– Нет, - Маг чихнул ещё раз.

– Может, у тебя аллергия на крыс?

– Не надейся.

– Тогда ложись и спи. Ты мне мешаешь.

– Скажи, я действительно смогу начать работать? Меня возьмут?

– Сможешь, возьмут.

– И Графа вы поймаете?

– Поймаем. Никуда он от нас не денется. Попробует ещё раз бежать, я лично его пристрелю. А теперь иди спать, иначе я пристрелю и тебя тоже.

– Не пристрелишь ты меня. Ты добрый, - проговорил Джулиан, но всё же вернулся в постель. Не сразу, но ему всё-таки удалось уснуть.

III

Tanto

Джулиан благополучно забыл о таблетке в кармане до следующего вечера. Алмош сидел за столом с кружкой чая и читал книгу о герое эпохи завоевании - амарго по имени Шенди. Маг вдруг почувствовал, что к нему будто вернулись симптомы простуды, которые не беспокоили его с ночи. По коже словно пробежал табун мурашек, а в голове вдруг стало как-то гулко и пусто. Джулиан снова начал чихать.

– Это точно не аллергия на крыс?
– уточнил Алмош, не поднимая голову от книги.

– Нет, - покачал головой Маг.
– Мне холодно.

– Как тебе может быть холодно, когда на улице жара?

– Может, я всё-таки простудился?
– предположил Джулиан.

– И когда успел?

– У тебя есть градусник?

– Нет.

– Как ты живёшь без градусника?

– Я не болею.

– Так не бывает. Все болеют.

– А я не болею.

– Выделываешся ты, - сказал Джулиан, усадил Бонифация в коробку, а сам забрался в кровать и укутался в одеяло.

– Что, действительно так холодно?
– удивился Алмош, глядя на него.

– Нет, я вру! Это же так весело - наблюдать, как ты хвастаешься тем, что не болеешь.

– По-моему, у тебя уже бред. Я не очень понимаю, что надо делать с человеком, у которого температура. Подожди здесь, я схожу к соседке.

– Стой!
– вдруг крикнул Маг, когда Алмош встал из-за стола.

– Чего ты?
– не понял амарго.

– Не уходи. Мне страшно.

– Ты дитя малое, что ли?

– Нет.

– Тогда не говори ерунды. Страшно ему.

– А если я сейчас задохнусь и умру? Как раз тогда, когда ты будешь у соседки.

Джулиан сейчас сам понимал, что перебарщивает, но ему на самом деле было страшно оставаться одному даже на минуту. Самое неприятное было то, что Маг понимал, что с ним происходило. Но признать это, особенно вслух, он тоже боялся.

– Я попрошу у Бретта премию, - проговорил Алмош.
– Даже нет. Потребую.

С этими словами амарго снова поставил чайник на плиту.

– Знаешь, не надо чай, - сказал Джулиан, когда вода закипела.

– Это почему? Тебе же холодно.

– Мне уже жарко.

– Тебя комары не кусали?

– Какие комары?

– Ну, это симптомы болотной лихорадки. Когда то холодно, то жарко.

– Ей ведь уже давно почти никто не болеет, - отозвался Джулиан.

– Так кусали тебя комары или нет?

– Не знаю. Не помню. Чего ты пристал ко мне со своими комарами?

– Это я к тебе пристал? Это ты ко мне пристал, как пиявка! Глаза б мои тебя не видели!

Маг молча встал с кровати, поморщившись от боли - сломанное ребро давало о себе знать - и зашагал к двери.

– И куда это мы направляемся?
– спросил Алмош.

– Куда подальше, - огрызнулся Джулиан.

– Ну, Графу привет.

Маг остановился у выхода.

– Тебя проводить?
– усмехнулся сыщик.

– Да за каким я это всё терплю?
– вдруг проговорил Джулиан. Он развернулся к столу и взял кружку с недопитым чаем. Затем достал из кармана таблетку. До Алмоша дошёл смысл всего происходящего в одно мгновение. Выбив из руки Мага игнис, он ударил Джулиана по лицу. Норт беззвучно опустился на стул.