Я держал ее идеальное тело в своих руках, но все, чего я хотел, — это интимно прикасаться к ней, лаская ее тело. Я медленно поднялся и пристально посмотрел в ее зеленые глаза. Ее взгляд дал мне понять, что она хочет меня так же, как и я ее. Я сделал шаг вперед, прижался к ее обнаженному телу и поцеловал ее в губы. Она издала самый нежный, самый сладкий стон, который я когда-либо слышал.

«Что я делаю? Я не хочу этого и не нуждаюсь в этом. Я не могу опять пострадать».

Я разорвал поцелуй и отшатнулся назад.

— Извини меня.

Уитли потянулась за полотенцем и обернула его вокруг себя. Тем временем я подошел к шкафу и достал для нее футболку и спортивные штаны, впихнул одежду ей в руки и отвернулся, чтобы она могла одеться.

— И, пожалуйста, надень свои трусики и лифчик, Уитли!

— Зачем? Они мокрые.

— Если я буду знать, что на тебе нет ни трусиков, ни лифчика под моей одеждой, я не знаю, как могу отреагировать на такую провокацию.

— О, — расстроенно пробормотала она, и это было так сладко и невинно. — Хорошо.

Когда она дотронулась до моего плеча, я вздрогнул, как ужаленный и быстро развернулся.

— Прости. Я... Я... все. — Она опустила глаза. — Я буду ждать тебя в джипе. — Она повернулась и направилась к двери.

Я хотел прокричать ей вслед, чтобы она остановилась и не уходила. Я хотел обнять ее, нуждался в тепле ее тела, хотел до безумия заняться с ней любовью, и это наваждение отдавалось нестерпимой болью.

Уитли вышла и закрыла за собой дверь.

Я сел на кровать и попытался выровнять дыхание. Потряс головой и попытался очистить свой разум от ее образа, который стоял передо мной. Я хотел стереть ее взгляд из своей памяти, но это было сильнее меня. Я закрыл глаза и вспомнил, что занимался тут сексом, с Оливией, прямо на этой кровати. Я бы никогда не смог заняться любовью с Уитли в первый раз на этой кровати. Она заслуживает лучшего.

«Она заслуживает мужчину лучше, чем я. Мне необходимо отстраниться от нее».

Я влюблялся в нее, быстро и сильно — это было последней вещью в моей жизни, которую я хотел.

Затем я услышал урчание подъехавшего грузовика, и кто-то начал переговариваться. Я быстро надел сапоги и выскочил на улицу, закрыв дом и положив ключ на прежнее место. Сбежал по ступенькам, завернул за угол и увидел Митча, управляющего моим ранчо, который разговаривал с Уитли.

Следующее, что я понял, она обежала грузовик и забралась в него с пассажирской стороны. Митч быстро начал заводить его, но я рванул вперед и перегородил путь его грузовику. Он резко ударил по тормозам. Я пристально посмотрел на Уитли, которая казалось, была на грани того, чтобы расплакаться. Я подошел к водительской стороне, и Митч опустил стекло. Он выглядел раздраженным.

— Лейтон.

— Митч, — я посмотрел на Уитли. — Куда ты собралась, Уитли? И почему ты сидишь в грузовике моего управляющего? Ответь.

— Я… м… Мне нужно вернуться, и он согласился подбросить меня, поэтому… Я еду к тебе домой, если в этом нет ничего страшного, и ты не против. Мне нужно уехать.

Я напряженно смотрел на нее и заметил боль в ее глазах. Боль или все-таки страх?

Затем натянуто улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, я приеду сразу после вас, сейчас только доберусь до джипа.

Она кивнула и попыталась выдавить улыбку.

— Д-да… отлично.

Я перевел взгляд на Митча.

— Спасибо, Митч.

Он кивнул и поднял окно, а я стоял и смотрел, как он увозит ее от меня.

Мое сердце начало стучать с дикой силой, и я почувствовал подступающую тошноту.

Почему у меня такое чувство, что она бросает меня? Ведь она обещала, что никогда меня не оставит — никогда.

Уитли

Когда мы подъехали к дому Лейтона, я быстро вылезла из грузовика Митча и поблагодарила его за то, что он подбросил меня до ранчо. В панике я практически вбежала по ступенькам и ворвалась в дом. Резким хлопком закрыла дверь, забежала на кухню, схватила сумку и кошелек, и быстрым шагом направилась к двери. Мне нужно было восстановить дистанцию между нами, мне нужно уехать и чем быстрее, тем лучше.

— О, боже! Как я могу быть такой дурой? Что случилось со мной! Я не могу поверить, что хотела поцеловать его... О боже, — я быстро направилась к выходу, но замерла у самой двери.