Когда мне уже показалось, что мы не можем целоваться дольше, и когда я ощущала отчаянную нехватку воздуха, он неторопливо отпустил мои губы из своего плена. Затем, не отрываясь от меня, ласково прикусил нижнюю губу, и я не удержалась от стона.

— Уитли, — зашептал он у моих губ. — Я хочу изучить каждый сантиметр твоего тела. Я не хочу ничего, кроме того, как создавать наши общие воспоминания. Каждый день. Каждый минуту. Каждую секунду, — в перерыве между словами он нежно целовал меня.

Я никогда не испытывала такой страсти на протяжении всей моей жизни.

— Лейтон… Я... Я…

Он улыбнулся теплой, но соблазнительной улыбкой, из-за чего я почувствовала, как желудок сжался от трепета.

О. Боже. Мой. Я никогда не чувствовала себя так до этого. Я любила Лейтона.

— Скажи мне, Уит… скажи мне, детка, что ты чувствуешь?

Он обхватил мое лицо своими громадными ладонями и, подтягивая его к себе, встретился с моим горящим взглядом и обрушил настойчивый поцелуй на мои губы. Я хотела, чтобы этот момент никогда не заканчивался.

Я оторвалась от его манящих губ и проговорила со страстью, что переполняла все мое сердце:

— Я люблю тебя, Лейтон. Я пыталась бороться со своим чувством, но… Я так мечтаю быть с тобой каждую секунду. Хочу… хочу, чтобы ты…

Я ощутила привкус слез.

Смогу ли я сделать это? Возможно ли, что я снова открою свое сердце другому мужчине? Могла ли я поверить в то, что ему можно доверять, и он не причинит мне боль?

Его чувственные губы медленно расплылись в улыбке, он обхватил меня сильной рукой за талию и приподнял.

— Ты хочешь, чтобы я что, Уитли? Любил тебя? Наслаждался тобой? Потому что я люблю тебя с той самой минуты, как увидел около твоей машины, с того момента, когда твои восхитительные зеленые глаза посмотрели в мои. Они украли часть меня. В ту секунду, когда я услышал, как ты обращаешься ко мне, я понял каким-то чертовым внутренним чувством, что я полюблю тебя, и это будет навсегда.

Я наклонила голову к его шее, прижимаясь к ней губами, вдыхая его родной запах, и заплакала.

Я не могла сказать, сколько он держал меня, пока я плакала. Затем Лейтон осторожно опустил меня на ноги и потянулся за мылом, намыливая каждый миллиметр моего тела, внимательно наблюдая за тем, как вода лилась на мои напряженные соски. С легкостью он развернул меня, и я оперлась руками о стенку душа.

Везде, где его руки касались меня, начиналось покалывание, трепет, кожу будто обжигало. То, как он прикасался к моему телу, было так же чувственно, как и занятие любовью. Я не хотела, чтобы это прекращалось. Я никогда не разделяла таких интимных моментов ни с одним человеком за всю свою жизнь.

Затем он начал неторопливо намыливать мои волосы.

— Так… так хорошо… я чувствую себя словно в раю, — я едва могла говорить, чувства лишили меня возможности мыслить. Когда любишь, думает твое сердце, твоя душа, но не разум. Разум становится союзником сердца.

После того как он помыл мои волосы и нежно ополоснул тело, Лейтон потянулся и выключил воду. Мне было совершенно наплевать, что у нас так и не случилось секса в душе. Он настолько удивил меня тем, что помыл меня и уделил внимание каждому сантиметру моего тела, тщательно исследуя его, обращаясь с ним, как с ценным даром.

Аккуратно взяв меня за руку и потянув за собой, Лейтон подошел к шкафу и вытащил полотенце. Оборачиваясь и осматривая меня от кончиков волос до пальчиков ног, наконец, соблазнительно улыбнулся. Его глаза горели желанием, восхищением. А эти ямочки на щеках…

О, боже. От его взгляда мои ноги ослабли.

Я вернула ему улыбку, когда он негромко рассмеялся. Потянувшись, Лейтон обернул мое тело в полотенце, затем схватил одно для себя и начал быстро вытирать свое идеальное тело. Я знала, что он усердно работает каждый день на ранчо, но ад и все небеса, он был потрясающим.

У него была большая татуировка с символом Корпуса морской пехоты США и с именем Майка, которое располагалось поверх тату, но под ним переплетались еще буквы, складываясь в имя — Кейт.

«Что за хрень? Кто такая эта Кейт?»

Я отвела взгляд от его татуировки и посмотрела ему в глаза.

Он улыбнулся и подмигнул мне.

— Кейт — моя племянница, дочь Майка.

Что?!

Я покачала головой, и слезы потекли по щекам.

— Я не… О, боже. Сколько лет малышке? — в мое сердце будто вонзили миллионы осколков, мне стало жаль девочку, которая потеряла отца. Я даже не могла представить, каково это.

Он тепло улыбнулся, согревая меня улыбкой.