Эльфийка взглянула на хронометр, запрятанный под толстое стекло под самым потолком, и кивнула своим мыслям.

– Зуд должен уже закончиться. Сейчас уберу неподвижность, будь готов сесть или смягчить падение - кровь и мышцы застоялись в достаточной мере, чтобы выпасть из-под контроля мозга. Готов?

И что я скажу, если только глаза шевелятся?

Столь же стремительным движением пальцы Шанти ткнули уже в совсем другие точки, и я просто свалился на задницу. По всему телу неприятно пробежали острые иголки, словно умудрился отлежать вообще всё, что только можно отлежать.

– Прости, - с трудом двигая языком, выдавил я.
– Неожиданно просто.

Сеяшантери посмотрела на меня. Лицо виноватое, в глазах - что-то непонятное. Девушка очень низко поклонилась и так и застыла.

– Это моя вина. Должна была предупредить заранее. Плохая шутка. Думала, будет забавно, - эльфийка на несколько секунд замолкла.
– Я приму любое наказание.

Чувствительность тела вернулась, шевеления усиков больше не ощущалось, да и не чувствовался поддоспешник - столь плотно и удобно сидел на теле.

– Отставить наказание, - буркнул я, плавным подталкиванием снизу в плечо заставляя девушку разогнуться.
– Сам дурак, твоей вины тут нет.

– Есть!
– Лицо пылает, в глазах буквально плещется море подступающих слёз.
– И ты имеешь полное право наказать меня.

– Вот ещё!
– фыркнул я.
– Может, и имею право, но наказывать не собираюсь.

– Почему?

На лице Шанти читалось искреннее удивление и непонимание. Нет. Ни за что не поверю, что такое нежное и совершенное существо может быть латентной мазохисткой. Значит, так воспитали, такие установки вбили в сознание. И нижней чуйкой чую - не отстанет ведь, пока наказание не получит.

Тяжело вздохнув, кивнул:

– Не вижу смысла. Но, если ты так настаиваешь, в качестве возмещения приму массаж. Умеешь делать?

– Гораздо хуже, конечно, чем Зира, но - справлюсь.

– Приемлемо такое наказание?

– Очень мягкое для такого неумного проступка, Ник, очень. Сама не подумала и не рассчитала возможные последствия, и, если бы не успела, тебе пришлось бы долго лежать в лазарете. Я знаю, как мужчины дорожат этим органом.

Определённый резон в её словах был, конечно, но я что, изверг какой сраный, чтобы выписывать наказания ушастой прелести? Может, для всяких чмошных альфа-самцов и прочих жертв аборта это норма, но для меня - перебор. Ну, не предупредила, так сам же думалку не включил, её примером не воспользовался. Мог бы и додуматься, что, раз эльфийка не истерит и не пытается сорвать с себя симбионта, то и мне надо бы успокоиться и не дёргаться.

А теперь получается, что из-за собственной лёгкой степени дебилизма загоняю Шанти в тесные рамки комплекса вины. И кто я после этого?..

Плечи храмовницы поникли, на лице вновь проступило виноватое выражение.

– Да успокойся уже, красавица, - я ободряюще похлопал Шанти по плечу.
– Было бы из-за чего такую драму закатывать. Висюлька на месте? На месте. Функционал не утеряла? Вроде бы нет. Так какие проблемы? Не заставляй меня чувствовать себя распоследним штопаным гандоном.

В бездне эльфийских глаз море готовых вырваться наружу слёз медленно отступало.

– Ты серьёзно не сердишься?

– Пф-ф-ф, вот ещё! Сам бы многое отдал, чтобы увидеть свою физиономию в момент, когда поддоспешник начал адаптацию.

– Да, лицо очень забавное было, - несмело улыбнулась девушка.

– Вот и хорошо, - подмигнул я Шанти и, подхватив нагрудник с торчащими из-под него гибкими тонкими трубками, спросил: - Как эту броню прикрутить?

Храмовница первым делом застегнула на мне широкий толстый пояс, потом что-то сделала с нагрудником, в результате чего он расщёлкнулся, как фисташка. Натянув броню через голову, на манер пончо, Шанти пристегнула наспинные трубки к клапанам пояса, после чего то же самое сделала и с передними.

– А чего такой лёгкий металл?
– Я постучал пальцем по рифлёной монолитной поверхности нагрудника.

– Хитин, - поправила меня Сеяшантери.
– Сверху - металлизированный минерал, для упрочнения и придания дополнительной гибкости.

– А трубки?

– Многосегментная разнесённая сеть воздухозабора и фильтров, - тонкий пальчик ткнул в несколько тёмных углублений, прячущихся на узких полосках рифлений.
– Заляпает с одной стороны, останутся с другой. Из-за того, что прикрыты от прямого попадания грязи, слизи и прочих неприятных вещей уступами и рельефом хитина, имеют впечатляющий запас прочности.

Шанти, сведя половинки брони, защёлкнула их:

– Дальше и сам справишься.

Справлюсь, куда ж денусь.

Высокие ботинки, поверх - сегментированные наголенники, затем наручи. Закрепив броню, повторил тот же миникомплекс боевых связок - не мешает движениям, сидит, как родное.

Посмотрел на Шанти, закончившую облачение в броню. Нет, всё-таки прав был Шурик с его вечным "Святые ёжики!" - эльфийка выглядела просто потрясающе. Рельефная броня, тонкое гибкое тело, и всё это - смотрится абсолютно естественно и органично.