– По его мнению, влюбляются как-то иначе?

– Не знаю, - пожав плечами, я сдержала порыв оглянуться, чтобы Ви не понял, что речь идёт о нём. – Он говорил, что все парни домогаются до девушек, а когда понял, что ты не домогаешься, и это назвал подозрительным.

– Какие, однако, глубинные познания мужских повадок у духа, неизвестно откуда взявшегося.

– Он очень смышлёный. Всю свою… всё своё существование, до того, как материализовался, он наблюдал за людьми.

– Так, я плох тем, что не пристаю к тебе? – Я покраснела гуще, чем могла когда-либо, промолчав. – А сама ты об этом что думаешь? – наклонился он ко мне, испытывая мою стыдливость. Словно чувствуя, что я в таких темах теряюсь и становлюсь растерянной и ведомой, Вон положил руку мне на плечо. – Если я буду приставать – это будет плохо?

– Я… я… - едва не заикаясь, мой язык торопился сказать что-нибудь без содействия разума, но я сдерживала его, пытаясь подумать до, а не после. Если я скажу, что плохо, то он не будет приставать. Он и так меня сегодня ещё ни разу не поцеловал, может, считает, что мне это не нравится? Или тоже стесняется Ви? Как же быть, не сказать же прямо, что я была бы не против? За кого он меня тогда примет? Это некрасиво, когда девушка даёт согласие на приставания, я же, как бы, ну, наверное, должна отбиваться, но когда не от чего, то это немножко расстраивает. – Думаю… мне кажется, что если тебе хочется, то ты можешь… если ты позволишь себе лишнего, я же скажу, - выдавила из себя я. Мы остановились, посмотрев друг другу в глаза. Хочет ли он ещё целовать меня? Что я знаю о парнях? Мао говорила, что как только они получают своё, то их интерес пропадает. А вдруг, поняв, что завоевал моё сердце, Вон остыл и разлюбил меня?

– Лишнего – это как? – спросил он, сияя зрачками, будто они знали ответ.

– Ну… это… в общем, когда неприлично, - запуталась и замялась я. Сейчас последует вопрос «а как это – неприлично?», и у меня язык прилипнет к нёбу.

– Элия, я не позволю себе ничего, что могло бы тебя оскорбить или унизить, - шепнул Вон. – Что касается моего желания, то неужели ты думаешь, что я не хочу приставать к тебе? – У меня внутри что-то отмерло, затаившееся до этого, ледяное и паникующее. – Но, во-первых, с нами всё время твоя ангельская нечисть, а во-вторых, не все молодые люди нахалы и смельчаки. Я, может, кажусь тебе способным отважиться на многое, но и мне иногда не хватает решительности, чтобы сделать что-то, что мне хочется. – Вон погладил меня по щеке осторожно, кончиками пальцев. – Иногда парням даже нужно выпить, чтобы осмелиться на какой-то жест в сторону девушки.

– А ты не становишься буйным, когда выпьешь?

– Я? О нет, для этого мне нужно выпить очень много. Но я с тобой никогда не стану напиваться.

Обедали мы в уличном кафе под зонтиками, из которого виднелась река. Я не увидела и десятой части города, но Хэншуй нравился мне всё больше. Возможно потому, что здесь я ощутила безопасность, смогла отдохнуть и испытала избавление от страха потерять Вона. Он дождался меня тут и продолжал быть со мной. Наверное, этот город навсегда останется в моей памяти самым романтичным местом на свете, которому я обязана первой любовью, хоть нас и свёл Ханьдань. Но там всё было зыбко, шатко, без уверенности в завтрашнем дне.

Дождавшись, когда Вон отойдёт в туалет, Ви сообщил мне, что Чонгук обещал найти нас этим же вечером.

– А Шуга?

– Шуга двинулся дальше, на восток, уводя за собой преследование окончательно.

– Но как же? В одиночестве?!

– Нет, они дошли до наших… - Ви посмотрел на меня и замер с палочками, которыми нёс в рот рис. – До золотых, в смысле. До подмоги. С ними Шуга будет в полном порядке, ну а Чонгуку не составит труда без кого бы то ни было тихонько возвратиться к нам.

– Золотые, которых они встретили – они опытные? Я беспокоюсь за Шугу.

– О, более чем! Когда мы сами доберемся до цели, ты познакомишься с ними. Бродяга, который сейчас с Шугой, один из лучших воинов среди золотых. Поверь, несладко придётся тем, кто попытается на них напасть, а не наоборот.

– Бродяга?

– Как ты могла понять, почти все там имеют клички.

– А что даёт повод назваться тем или иным образом? Если я правильно поняла, то все золотые ведут бродяжнический образ жизни, почему же так назвался только один из них?

– Ну, тут надо рассказывать историю каждого, естественно, погоняло получить без причины сложно.

– Чонгук, судя по всему, ничем не отличился? – хохотнула я.

– Чонгук отличился слишком многим, - улыбнулся Ви. – Если бы ему дали прозвище за заслуги, то его полное имя было бы длиннее, чем официальное название Бангкока.

– Оно большое? – удивилась я, никогда раньше не слышав никаких подробностей о Бангкоке, да и откуда бы мне, в далекой глубинке Китая, было интересоваться столицей Таиланда?

– В нём двадцать слов, кажется.

– Ого! – восхищенно ахнула я, поглощая обед. – Ви, ты так много знаешь о ребятах… почему ты ничего не можешь сказать о Воне? – В лоб спросила я, всё-таки растревоженная некоторыми сомнениями, которые подкрепил во мне сам Вон.

– А что ты хочешь о нём узнать? Я тебе сказал – он подлец и врун. – Я закатила глаза, собравшись в который раз вступить в перепалку, защищая честь моего молодого человека, но он сам как раз вернулся, и пришлось замолчать.