— За все, что ты ниспосылаешь нам, Господи, большое спасибо, — пробормотала Мадлен и открыла глаза.

— Поехали?

— Да, конечно, — ответила ошеломленная Джулия.

Мадлен осторожно поднесла ложку к губам.

— Вы сказали, что сами готовите закуски, — заметила гостья немного погодя. — И соусы тоже?

— Нет, что вы! Это готовые, из бутылки.

— Я ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь из моих знакомых признался, что пользуется готовыми приправами, — весело сказала Джулия, — хотя, можете мне поверить, так поступают абсолютно все.

«Она мне определенно нравится», — решила Мадлен. И вдруг вспомнила: «Салфетки!» — и пулей вылетела из столовой.

— Вы давно пишете, Пол? — поинтересовалась Джулия.

— Всю жизнь мечтал об этом, но по-настоящему взялся только год назад.

— Наверное, это съедает много времени?

— Когда мы с вами расстались, — вступил в разговор Гарри, — я подумал: если бы объединить два наших ума…

— Не нашла, — объявила, входя в комнату, Мадлен. — Вот вместо них бумажные полотенца.

— Начинается заседание редколлегии, — предупредила ее Джулия.

— Что-что?

Пол ухмыльнулся.

— Ничего. — Он был так уверен в успехе сегодняшнего предприятия, что не видел смысла в профессиональной дискуссии. Не стоит отвлекаться.

— От авокадо толстеют, — предупредила Мадлен.

— Ну, вам-то не о чем беспокоиться, — с улыбкой отозвалась Джулия. — У вас божественная фигура.

— Все-таки в моей профессии приходится соблюдать осторожность.

— Вы регулярно занимаетесь гимнастикой? — вежливо поинтересовался Гарри.

Мадлен полоснула его взглядом, исполненным столь откровенной похоти, что у него отвисла челюсть, а ложка со звоном ударилась о тарелку.

— Смотря что называть гимнастикой, — промурлыкала она и поглядела на Пола. Тот пробормотал что-то насчет утки и бросился на кухню.

— Вы любите чи… читать, Мадлен? — Гарри запнулся, потому что она прижала свою ногу к его голени.

— Мне некогда читать. Все время отнимает гимнастика, — и она многозначительно улыбнулась.

— Как? — удивилась Джулия. — Даже те журналы, в которых помещают ваши портреты?

— Вы имеете в виду — крутые? Просматриваю иногда, а другие — нет. Там вечно одно и то же: рак, воспитание детей, диета и прочая дребедень. Меня это не интересует.

— Да, конечно. Но в «Харпер энд Куин» бывают любопытные статьи.

— В будущем месяце я выйду у них на обложке. В обалденной шляпе. Сплошной шелк, фрукты и вуалетка вот до сих пор, — она показала чуть повыше бровей.

— Как интересно! — восторгалась миссис Фримантл. — Обожаю шляпы! Жаль только, их некуда надевать. Вы бывали в Аскоте?

— Нет, но, наверное, в этом году побываю. Агентство абонирует ложу, нас будет целая толпа. Модели, фотографы, важные клиенты… Знаете что, поехали с нами?

Джулия покосилась на мужа.

— Это было бы чудесно. Правда, дорогой?

Он кивнул и, чувствуя, как нога Мадлен двинулась вверх вдоль его собственной, с отчаянной надеждой посмотрел на дверь, из-за которой никак не появлялся Пол. Джулия с грехом пополам поддерживала дружескую беседу, а нога Мадлен неотвратимо приближалась к цели. Еще немного — и ему придется спасаться бегством. К счастью, вернулся Пол.

— Сейчас уберу грязную посуду и подам утку. Как насчет вина? — Он с удовлетворением убедился, что бокал Мадлен снова пуст. — Пойдем, дорогая, достанешь чистые тарелки. А я позабочусь о вине.

— Ну как я? — спросила Мадлен, когда они вдвоем очутились на кухне.

— Высший класс.

— Он всячески подчеркивает свою преданность жене.

— Это лишний раз доказывает, что ты его достала.

— Как это?

— А так. Он разыгрывает спектакль. Я нисколько не удивлюсь, если завтра он позвонит тебе с утра пораньше. — Пол стиснул ей груди и вернулся к духовке. — Иди развлекать гостей.

За основным блюдом разговор коснулся литературы. Мадлен с горем пополам вспомнила парочку романов Барбары Картленд, но совершенно растерялась, когда остальные начали обмениваться мнениями по поводу Аниты Брукнер и какого-то француза, чье имя ей даже не удалось выговорить.

— Я схожу за десертом, — предложила она. — Это будет фруктовый салат. Гарри, вы поможете мне убрать со стола?

— Э… Да, конечно.

— Пол — замечательный повар, не правда ли? — щебетала Мадлен, ставя тарелки в сушилку.