— Гм!... Позвольте мне, в свою очередь, предложить вам вопрос: почему вы до сих пор не привлекли кого-нибудь из Скотланд Ярда для расследования этого дела? — спросил Стэнсби.

— Мы предпочитаем справиться собственными силами, — возразил Крофт. — Однажды — это было несколько лет тому назад, нам навязали троих из этих господ и, должен сознаться, они не оказали нам никакой помощи. Я убежден, что мы отлично справимся на этот раз без посторонней помощи!

— Все зависит от того, напали ли вы на верный след, — с улыбкой заметил Стэнсби. — Если вы хотите знать мое мнение, то я все время недоумеваю, не было ли у бедного старика в прошлом какой-нибудь тайны и не находится ли его убийство в связи с этой тайной. И мне кажется, что убийство также имеет связь с завещанием. Если бы я был на вашем месте, то я, прежде всего, постарался бы выяснить, каким образом эта перчатка попала в сад г. Постлетуайта.

Крофт был в этом вполне согласен со Стэнсби и прямо направился в контору Фиппса, чтобы рассказать ему об этой находке. Фиппс с живейшим интересом выслушал его рассказ.

— Во всем этом меня смущает один вопрос, — сказал Фиппс, когда Крофт окончил свое повествование. — Вот этот молодой человек поведал вам то, что до сих пор держал в тайне. Хотел бы я знать, сколько еще жителей нашего городка имеют важные сведения по этому делу и продолжают держать их в тайне? Если бы мы знали все показания этих людей, то, поверьте, нам было бы гораздо легче подойти к истине в этом запутанном и таинственном деле.

— К сожалению, это всегда так, — ответил Крофт. — Люди никогда не желают идти нам навстречу, а иногда находят даже известное удовольствие в том, что могут себе сказать: «Если бы я только пожелал, то мог бы многое рассказать об этом деле!» Точно так же, я уверен, что в Сельчестере много лиц знает разные подробности об этом деле, но не намерены нам их поведать. Да, — нам придется еще много поработать. Во всяком случае, вот перчатка, о которой я вам только что говорил.

— Нам снова придется повидать леди Кардейн, в связи с этой новой находкой, — сказал Фиппс. — Приходите сюда как можно раньше завтра утром, и мы отправимся на моем автомобиле в Доун-Хэд-Парк.

На следующее утро, около десяти часов, автомобиль Фиппса уже остановился перед парадным подъездом Доун-Хэд-Парка. Однако Брассет, который вышел им навстречу, ответил им, что леди Кардейн с утренним поездом отправилась в город и вернется только к обеду. Фиппс пробормотал, что они побывают в другой раз и хотел уже ехать обратно.

В этот момент Брассет указал им на дверь, в которой стоял пожилой господин и с видимым интересом наблюдал за обоими полицейскими чиновниками. Это был тщедушного вида старичок, одетый по старинной моде, с высоким воротничком и ярко-синим галстуком. На лице его заметен был старческий румянец, волосы были совершенно седые, а глаза скрыты были очками в золотой оправе.

Как только полицейские чиновники заметили его, он снял очки к замахал ими, приглашая их войти.

— Если у вас есть несколько минут свободных, — сказал Брассет, — то г. Бэгшэв просит вас войти. Ему нужно сказать вам несколько слов. Он вас увидел из окна.

Фиппс поднялся по лестнице и вошел в дом. Крофт следовал за ним по пятам. Г-н Бэгшэв приветливо улыбнулся.

— Войдите, пожалуйста, — сказал он. — Хотя это и не мой дом, но меня просили чувствовать себя здесь как дома. Прошу вас войти в маленькую гостиную. Я недолго задержу вас, мне нужно сказать вам всего несколько слов. Присядьте, пожалуйста. Мы лучше закроем двери, ибо разговор наш должен остаться между нами. Он очень тщательно закрыл дверь и затем уселся на стуле против Фиппса, положил руки на колени и, казалось, с большим интересом, разглядывал главного констебля. Крофт был в совершенном недоумении.

— Гм!.. — вымолвил, наконец, старичок. — Значит, вы имеете какие-то подозрения против леди Кардейн. Это весьма неприятно для нее!

— Это то, что вы хотели сказать нам, сэр? — спросил Фиппс, мысленно потешаясь над ним.

— О, нет! Гораздо больше, гораздо больше! — возразил Бэгшэв. — Мне только хотелось проверить, действительно ли вы ее подозреваете?

— А вы слышали об этом? — спросил Фиппс.

— Слухи, которые ходят по городу и все больше распространяются, дошли и до меня, — ответил старичок. — Все это дело об убийстве Постлетуайта окружено какой-то тайной, не правда ли?

— Да, во всем этом есть тайна, — согласился Фиппс. — И, если вы нам можете что-нибудь рассказать по этому поводу...

На лице г. Бэгшэва изобразилась таинственность и, вместе с тем, желание поделиться известными ему одному фактами. Он встал со стула, осторожно, на носках, подошел к двери и, убедившись, что она, действительно, заперта, снова подошел к своим посетителям. Он придвинул свой стул поближе к Фиппсу и указательным пальцем дотронулся до верхней пуговицы его жилета. Он трижды повторил этот жест, и каждый раз с большей решимостью.

— Я видел Постлетуайта в тот день, когда он приезжал сюда... Вот в чем дело... — прошептал он, наконец.

Оба полицейских чиновника в недоумении посмотрели друг на друга. Бэгшэв поймал этот взгляд и еще раз повторил, кивнув головой:

— Да, я видел его в этом доме!

Затем, он продолжал, подсев еще ближе к главному констеблю:

— Я хотел уже раньше рассказать вам об этом. Но я не люблю торопиться и, поэтому, ждал удобного случая. Однако теперь, когда этот отвратительный слух коснулся доброго имени леди Кардейн, гостеприимством которой я так широко пользуюсь, я не могу больше молчать.