– Беги!- крикнул он товарищу и поспешил сам последовать своему совету, перейдя на тяжёлую трусцу.

В тот же миг, волк бросился на высокого. Так быстро, что Бея почти не могла разглядеть его движение.

– Милош, нет!- закричала она.

Но было слишком поздно: он прыгнул на спину высокого дезертира, свалив его лицом в воду. Брызги скрыли их с головой, а когда утихли, вниз по течению потекла кровь. Волк оставил мертвое тело, чтобы отыскать третьего.

– Милош! Стой!- снова закричала она.

На этот раз волк замер в середине потока, чтобы посмотреть на нее.

– Пусть идет,- приказала она, выпустив камень.
– Они просто искали пищу.

Рыкнув напоследок, волк плюхнулся на хвост прямо в воду, и его мех начал редеть. Черные волосы выросли на голове, а плечи начали раздаваться вширь. Выдох спустя, она смотрела на Милоша, сидящего в потоке с безумным выражением лица. Но, когда он поднял взгляд на неё, безумие сменилось страхом. Прямо как был, он побежал к ней. Лицо его было измазано кровью.

– С тобой все в порядке?- выпалил он, брызгая кровью изо рта.

Этот порыв и отсутствие одежды застали ее врасплох.

– Я в порядке,- ответила она, отведя взгляд к мертвецам.- Во всяком случае, лучше, чем они.

Это звучало странно даже для нее, но разве ему следовало убивать их?

На его щеках заходили желваки:

– Они бы перерезали тебе горло и забрали всё, что нашли.

– Где твоя одежда?- спросила она.

Он не ответил и только присел у ручья. Она отвернулась, когда он начал смывать и выплевывать кровь. Только, когда они направились обратно вверх по склону, она задумалась о выражении его лица после того, как он обернулся в человека. Он был в настоящей панике. Совсем не похоже на задолжавшего стража поневоле.

Вместо того, чтобы воодушевиться от этого, она наоборот почувствовала себя хуже.

***

Два дня спустя, они пересекли границу Древинки и Белашкии. Окружающий мир в кратчайшие сроки разительно переменился. Дороги стали ровными – за ними явно хорошо следили, – и Милош больше не прогонял ее в кусты, заслышав, что кто-то идет. А она не могла поверить, что зашла так далеко, покинула родину и добралась до другой страны.

Во второй половине дня они пришли в небольшой городок с аккуратными рядами деревянных домов, магазинов и оживленной рыночной площадью. Некоторые из горожан, занимаясь своими делами, иногда поглядывая в их сторону, и Бея поняла, какими грязными и перепачканными она и Милош, должно быть, выглядели в их глазах.

Милош этого не замечал. Вместо этого он указал на белое двухэтажное здание:

– Это похоже на гостиницу, так что будем спать под крышей. Если ты дашь мне одну из монет, я тебя поселю, а затем сторгую пару лошадей. Так мы быстрее доберёмся до побережья.

Хотя она уже доверяла ему, Бее не нравилось то, что придётся отдать кому-то деньги Лисила.

– Почему я не могу купить лошадей?- спросила она.

– Потому что ты не говоришь на языке этой страны.

Она моргнула и уставилась на него. Конечно, здесь люди говорили на другом языке, но до сих пор она не задумывалась об этом.

– А ты говоришь?

– Конечно!- он, казалось, был удивлен таким вопросом.
– Мой народ путешествует повсюду. Мы должны уметь общаться с местными.

По какой-то причине, вместо облегчения, она почувствовала раздражение, но, скорее всего, ей следовало досадовать лишь на себя. Он знал белашкийский и мог бы учить ее на привалах. Она была дурой, раз не подумала об этом раньше.

– Я с тобой,- отрезала она, уперев руки в бока.
– Ты будешь переводить.

И не дожидаясь ответа, вытянула мешочек из-за лифа. Он нахмурился, но затем молча пошёл вперёд по чистой мощеной улице. Мысль о том, что она совсем скоро окажется на побережье, приносила облегчение, но она вдруг почувствовала, что должна сказать ему одну вещь:

– Имей в виду, я ездила на муле, но на лошади – ни разу.

– Мы найдем тебе спокойную лошадь,- он осмотрел ее сверху донизу.
– С широкой спиной.

Бея, сверкнув глазами, глянула на Милоша. Но он был прав.

Через некоторое время, они вошли в открытые двери деревянного здания на окраине города, и Бея вдохнула сладкий аромат сена. Ремни, уздечки и вилы висели на стенах вдоль ряда стоил.

– Эй?- окликнул Милош.

По-видимому, здесь люди использовали это заместо приветствия. Коренастый мужчина в кожаном фартуке и просторной рубахе вышел из одного стоила и посмотрел на Милоша, а затем глянул на Бею. Когда он заговорил, слова сливались вместе, словно какая-то гортанная музыка... сильно отличавшаяся от древинского. Милош ответил, и Бея снова не поняла ни слова.

Конюх повернулся и повел их вдоль стоил. Милош склонил голову, изучая высокого светло-серого мерина и гнедую кобылу. Бее она понравилась: темно-коричневая, с нежными глазами и белым носом. И не нужно было знать белашкийский, чтобы понять, что Милош выбрал этих лошадей.

– Сколько он хочет?- наконец, произнесла она.

– Пять серебряных монет,- ответил Милош.
– Больше, чем я рассчитывал, но он говорит, что может разменять наши деньги.

– Пять монет?!- воскликнула Бея. – Дома на них можно купить шесть мулов! Пусть скинет.