– Надо же, – говорит, – а я думала, ты к сроку не успеешь.

Тут городские куранты полдень пробили. Купец на месте от удара помер. Трактир, кстати, точно на городской площади стоял.

Так вот, я считаю, двум смертям не бывать, а одной не миновать.

– И зачем ты мне все это рассказываешь?

– Алиса сильная колдунья. Но не прирожденная, а наученная. Она в поисках новых знаний готова на все. Сейчас ее задача – прорваться в лес любой ценой. Лесным жителям она навредить не в состоянии, следовательно, будет убивать людей, подталкивая их к поискам виноватых. Испуганные люди готовы на все. Они теряют разум.

Тебе повезло, что ты не жила в те времена, когда из страха по подозрению в колдовстве могли уничтожить всех кошек в округе, как пособников ведьм, или всех летучих мышей, как пособников вампиров. А потом умирали от чумы из-за расплодившихся крыс или от голода, потому что летучие мыши питаются вредителями с полей и огородов.

Если Алисе удастся разжечь вражду, люди будут нападать на лес. И лесу придется защищаться. И кто знает, сколько жертв будет с обеих сторон? Кто-то должен ее остановить. Если это не получиться у меня, то следующей пойдет Параскева, потом ты с Рыжиком.

Кстати, Прасковья Ивановна, пока я будут отсутствовать, научите их всему, что сами знаете.

Параскева кивнула:

– Сколько ждать-то тебя?

– До следующего полнолуния двадцать дней, – задумчиво сказал Илья, – Подожди, когда молодой месяц народится. И, если не вернусь, выдвигайся. Адрес я тебе сказал, – колдун снова повернулся к Насте.

Удивительно, но готовая заплакать по любому поводу девушка сейчас выглядела абсолютно спокойной. Она положила ему руку на голову и зашептала заговор-оберег. Это был обычный речитатив, которым зачастую матери охраняют малых деток. Но от простых слов Илье стало гораздо легче. Он почувствовал твердую уверенность в том, что все обязательно будет хорошо. Потому что по-другому и быть не может.

Парень нежно поцеловал Настю в лоб. Обнял Рыжика и Параскеву и, подхватив котомку, двинулся в путь. Отойдя немного, он изменил правилу, и оглянулся назад. Трое таких разных людей, ставших его семьей, стояли у дверей избушки.

Когда Илья скрылся из виду, Параскева первая нарушила молчание.

– Ну, все, недосуг время попусту тратить. С тобой Рыжик я позанимаюсь отдельно. Боюсь мне понадобиться много сил, чтобы научить тебя чему-то.

А ты, Настена, и так уже все мои премудрости знаешь. Поэтому, вот, – старуха достала из передника тяжелый медный ключ. – На чердаке стоит ларец. В нем две книги, доставшиеся от твоего отца. Я их сама не смотрела, не мое это наследство, – старуха отдала ключ Насте и тяжело вздохнула – Только ты на чердаке-то поосторожней. Домовой здешний чужих не любит. Меня прошлый раз чуть не сбросил. Едва успела сказать, что на сохранение ларец отдаю.

– Что ты бабушка, хозяин здесь добрый, – улыбнулась Настя. – Он мне по ночам косы заплетает, песенки мурлычет, – и она вошла в избу. – Тришенька, – раздался ее голос в комнатах, – почему ничего про ларец не сказывал?

– Она его по имени уже кличет, – изумилась Параскева. – Ну что, пошли? – обернулась она к оборотню.

– А может, лучше я потренируюсь драться? – задумчиво пробормотал тот.

– Запомни, кулаками только дураки дерутся, – старуха мягко подтолкнула парня к двери.

Колдун торопливо шел по направлению к просеке. Только просека эта была не прорубленной. Здесь постарался огонь. Он выжег старые отжившие деревья и теперь на их месте поднимался здоровый и сильный молодняк. У Ильи оставалось несколько часов до рассвета. До того момента, когда он как обычный студент, возвращающийся в конце лета от бабушки из деревни в город, сядет на рейсовый автобус. Но ему нужно будет еще встретиться с теми, чьими стараниями молодой лес пробивал себе дорогу к свету.

Колдун уже вышел на просеку, когда увидел седого длиннобородого старика, сидящего на старом корявом пне. Старик держал в руках лапоть, вязанный из болотного лыка, и пытался залатать дыру. Вдруг на месяц набежало облачко, сумеречная тень мгновенно опустилась на просеку.

– Свети светило! – рявкнул рассерженный дед и поднял глаза к небу.

Облачко испуганно исчезло.

– Будь здоров, – поприветствовал его Илья.

– И тебе того же, – старик задумчиво поглядел на него. – Столько лет мы знакомы, ты ведь кажется еще у меня на свадьбе гулял? Я уж одряхлел. А ты, смотрю, все в той же поре.

– Ну, какой же ты старик, Фрол, – колдун, улыбаясь, присел рядом. – Тебе всего-то годков сто двадцать стукнуло. Отец твой, если не ошибаюсь, больше двухсот прожил.

– Почитай что двести пятьдесят, – довольно ухмыльнулся Фрол. – Н-да, знатно мы тогда погуляли. А вот сыну моему с женой не повезло. Уже десятерых детишек нарожала, а все вернуться к людям хочет. И Михаила на то подбивает. А ему не место среди людей. Ты, к слову, раз женился, должен был на свадьбу всех пригласить.

– Каюсь, виноват, будет свадьба, – улыбнулся колдун, – не обижайся.