– Вот и ладненько, – внезапно отстранилась от него Ираида. – Ну, вставай, чего сидишь? – Она легко вскочила на ноги. – И помни, я не бабка, а тетка. И вовсе бы ты не разбился. Может, покалечился бы чуток. Но для ведуна это не смертельно. А теперь, пока луна не зашла, давай еще разочек попробуем.

Нельзя сказать, что слова бабки успокоили Егора. За всю свою жизнь он всего один раз сломал руку. В самом начале занятий паркуром, не успел сгруппироваться. Тогда ощущения были не из приятных. И хотя ходил он в гипсе всего неделю из четырех положенных, вспоминать об этом было противно. А тут он мог получить несколько переломов сразу. Подумать только! Егор тяжело вздохнул. Ему совсем не хотелось снова учиться летать. Впрочем, после той травмы ему и паркуром не хотелось заниматься. А ведь через два года он стал одним из лучших, доказав и себе, и другим, что может. Егор сцепил зубы и полез опять на крышу. Он ненавидел эту лестницу, эту ночь, луну и дурацкую метлу, которая все время путалась под ногами.

– Тетя, – повернулся он к ней неожиданно, – а ведь ты ко мне вниз без метлы слетела.

– Так зачем она нужна, – пожала плечами Ираида. – Нет, конечно, если на встречу куда летишь, тогда уж без метлы не принято. Это как традиция. А так, по своим делам, да торопишься – только мешает.

– Тогда я тоже без метлы, – Егор осторожно положил ее рядом с собой на крышу. Потом поймал полосу лунного света и ступил на нее, раскинув руки, словно это могло бы помочь ему удержаться в воздухе. Дыхание перехватило. Он постоял так пару секунд, осознавая, что ему удалось это сделать. Он висел в воздухе рядом с крышей.

– Молодец, – похвалила его бабка, – а теперь лети вперед. Не ногами переступай, а лети.

Егор не двинулся с места.

– Ну, поставь себе цель, – как ни в чем не бывало продолжила бабка, – допустим, достичь забора или колодца.

Егор выбрал в качестве ориентира забор. Ему очень не хотелось в случае неудачи свалиться в ледяную воду. Выбрав цель, он на удивление легко заскользил по воздуху. Через пару мгновений, свободно паря над забором, он решил облететь по кругу двор. Парню показалось, что ночь стала совсем непроглядной. Но Егор постарался сосредоточиться на полете. Пролетел рядом с банькой и, обессиленный, приземлился у поленницы.

Егор чувствовал себя выжатым как лимон. У него не только дрожали руки. Его всего бил озноб.

– Экий ты нервный, – подошла к нему бабка.

Ему послышалось или в ее голосе звучала гордость? И все-таки что-то было не так. Он понял, что, когда посмотрел на небо. Там не было луны! Она исчезла. Вернее, была закрыта набежавшими тучами.

– Ираида, луны давно уже нет, – уставился он на бабку, чувствуя нарастающую панику.

– Да давненько. Тучки эти, чтоб им. Почти сразу набежали, как ты взлетел. А что, сам-то не заметил? – невинно спросила бабка, заботливо укутывая его своей шалью.

– То есть я опять мог упасть? Но ведь я же не упал. Тогда что получается?

Егор вспомнил многочасовые наставления Ираиды об особенностях лунного света, о том, как правильно выбирать угол, под которым возможны полеты, и уже в который раз почувствовал себя полным идиотом.

– Это значит, летать можно и без луны. Так? – Он вопросительно посмотрел на бабку, прожигая ее взглядом. Вот только в почти полной темноте взгляда этого было не видно. – Я должен был догадаться. Еще в первый раз, когда ты помогла мне.

– Так-то оно так, – пробормотала Ираида, потихоньку подталкивая его к дому, – только не все просто. Кому-то луна нужна, а кому-то особо одаренному и не очень. Пойдем-ка домой. Чайку попьем. Перенервничал ты. Согреться тебе надобно. А то ведь, и правду говорят, все болезни от нервов.

Егор дал увести себя в дом. Там на столе уютно горели свечи. И ждал уже горячий самовар. Он по детской привычке обхватил ладонями горячую чашку и понял, что действительно успокаивается.

– Зачем ты меня обманула? – Егор серьезно смотрел прямо в глаза Ираиде. Его темно-серые, практически бездонные серые глаза напомнили Ираиде совсем другого человека, и она внезапно разозлилась.

– А что я тебе должна была сказать, внучек? Поверь в себя, прыгни с крыши и полетишь? Так ты бы меня за выжившую из ума дуру принял. Ведь так?

Егор не мог не согласиться с доводами, поэтому благоразумно промолчал. Но Ираиду, видимо, уже нельзя было остановить.

– Вы ведь все вокруг теперь такие умные. Материалисты хреновы. Вам все нужно по полочкам разложить, доказательства предоставить. Вот тебе и была целая научная теория про лунный свет. Только не я ее придумала. – Ираида подскочила, выбежала в соседнюю комнату и вернулась с какой-то истрепанной, покрытой пылью книжкой. Эту книгу, в отличие от остальных, в доме явно не жаловали, а держали скорее из милости. – Вот смотри, – она всунула ему книгу в руки.

– Иоганн Готингейм «Жизнь ведьм и способы борьбы с ними». Это что? – искренне удивился Егор.

– Иезуит один написал. Считал, что хорошо в ведьмах разбирается.

– Иезуит – этот тот, кто ведьм преследовал и на кострах жег? – спросил Егор, недоумевая, как такая книга могла оказаться в доме у его бабушки.

– Ну да, – Ираида поджала губы, не желая продолжать эту тему. – Открой, это в середине.

Егор перелистнул крошащиеся в руках страницы и нашел нужную главу. «Полеты с помощью нечистого». Готический шрифт был очень неудобен для чтения. Тем не менее Егор нашел нужный абзац.