— Конечно, — Гарри попрощалась с аврором и направилась за профессором Трансфигурации.

Та привела ее в собственный кабинет, усадила в кресло напротив рабочего стола, предложив чашечку чая со знаменитым шотландским апельсиновым мармеладом.

— Как заместитель директора, я начинаю готовить список необходимых книг и предметов на следующий учебный год для студентов заранее, еще в начале лета, рассылаю их в конце июля, чтобы у учащихся и их родителей было время попасть в Косую аллею и закупить все необходимое. Поэтому хотела спросить, выбрали ли вы, по каким учебникам будете преподавать? Обычно мы использовали "Защита от Темных искусств" под редакцией Бартоломью Бэгшота, брата знаменитой Батильды. Интересный и простой способ подачи материала, хорошая подборка заклинаний.

Гарри чуть не скривилась. Знала она эту подборку, просматривала книги в поисках учебника. Светлые заклинания, лишь некоторые из которых принадлежали к среднему уровню. Никаких проклятий и порч, словно и не существует темной магии как таковой. А раз не существует, какой вред она способна нанести? И какая это тогда Защита? Такое чувство, что книга писалась для домохозяек, собирающихся бороться с садовыми гномами. Сразу приходил на ум незабвенный Локонс. От его книг было столько же пользы.

— Нет, я хочу внести в список "Основы Защиты" Ли Петерс.

Маглорожденная волшебница Ли Петерс, несмотря на свое происхождение, от которого кривили носы чистокровные волшебники и аристократы, имела звание Мастера Защиты, являлась отличным дуэлянтом. И долгие годы преподавала сначала в школе, а затем — и в Магическом Институте в Нидерландах. Свой предмет она не просто любила, но трепетно обожала, относилась к нему со всей ответственностью. Вместе с сыном, Мастером Чар, она написала серию учебников для средних школ волшебников, от первого и до седьмого курса. Простой, понятный язык, множество иллюстраций, вплоть до взмахов в особенно сложных для понимания случаях, и даже задания на смекалку в конце каждого параграфа. Петерс заставляла не просто зазубривать материал — скрипеть мозгами, потому как по ее учебнику невозможно было написать полноценное эссе, настолько сжатой и лаконичной была информация. Она рассчитывала на инициативу учителя, который все объяснит и покажет самостоятельно, и учеников, которым придется сидеть в библиотеке. Каждый раздел был тщательно разработан, уточнен и проверен. Гарри в молодости, когда только-только начала заниматься, пришла в восторг от учебника, глотая параграфы вместо завтрака, обеда и ужина.

— Кхм, — Минерва кашлянула нерешительно, — вы же понимаете, что некоторые разделы в этом учебнике…. Относятся к Темным Искусствам.

— Мне кажется, не стоит ущемлять предмет. Навредить можно и с помощью простой Левиосы или Акцио, — пожала в ответ плечами Певерелл. — А дети должны знать, что конкретно является Темным Искусством и почему именно так, а не иначе. Тем более… в учебнике не учат применять Непростительные, но учат защищаться от них.

— Да, хорошо. Вам еще что-то понадобится? Я могу передать ваш список директору, он проследит, чтобы все было закуплено.

— Спасибо, — Гарри снова чуть не потерла руки. — В первую, очередь…. Мячики!

Ошеломленное лицо заместителя директора доставило женщине огромное наслаждение.

К Сметвику по интересующему ее вопросу Гарри сумела выбраться только через два месяца, в конце мая, когда уже сошел снег, отцвели ландыши, а холм возле дома покрылся свежей, густой зеленью. Все это время она старательно составляла почасовое планирование в соответствии с требованиями Министерства — самая легкая часть, когда требовалось всего лишь расписать, какие темы по каким датам будут проходить на ее уроках. Разумеется, все это приблизительно, человеческий фактор никто не отменял, но именно на него будут ориентировать экзаменаторы по СОВ и ЖАБА.

А потом настал черед поурочных конспектов лекций. Их могут потребовать в качестве подтверждения квалификации преподавателя и серьезного подхода к делу. Их же следовало отправить Попечительскому совету. Разумеется, подбирал и нанимал кандидатуры директор, но одобрял их именно Попечительский совет. В котором — вот интересное совпадение — заседал не Орион Блэк, а его младший брат, Альфард. Гарри подозревала, что именно благодаря его интересу, получила полное одобрение Совета. Ну и конспекты никто не отменял, за что бы бывшая Поттер ни бралась, делала она это ответственно, с полной самоотдачей. Придраться Совету, если честно, было не к чему. Из имеющихся вариантов, она — самый лучший. Гарри не обманывала себя, понимала мотивы такого великодушия. Основательница рода, Мастер Артефакторики, просто сильный маг, пусть и толком не известный. Это лучше, чем аврор или маг, который будет учить пользоваться только десятой частью силы, боясь переступить черту, "на темную сторону". Мерлин, какая все-таки глупость это разделение магии! Волшебник не рождается злым или добрым, он сам выбирает, по какому пути идти. Сириус был темным магом, но при этом оставался светлым человеком. Сама Гарри обладала высшим званием в Некромантии — Черный Целитель, когда собственной силой могла не только убивать, но и излечивать.

Как бы то ни было, Совет решил приглядеться. Да и чистокровная волшебница из древнего, давно забытого рода, лучше, чем полукровка-зельевар, почти игнорирующий своих подопечных. Гарри ни в коем случае не хотела обидеть Горация Слизнорта, умалить его заслуги, однако это не отменяло того простого факта, что внимание он обращал только на тех, в ком лично был заинтересован.

В любом случае, данная интрига Попечительского совета ей только на руку.

Отвлекалась она только на изготовление и зачаровывание артефактов для Гринготса. Выверенная рутина увлекла ее, поэтому она сама не поверила, когда поставила точку в последней строчке последнего конспекта для седьмого курса. Расправила затекшие плечи, размяла слегка поясницу и сведенные от письма пальцы. Закончила, ну надо же! За окном припекало теплое весеннее солнышко, пели птицы. На подоконнике терпеливо дожидалась хогвартская сова, посматривая недовольными желтыми глазищами. Гарри хихикнула, показала ей язык, как девчонка, и взяла письмо, не забыв насыпать лакомства почтальону. Идеально выполненная работа приводила в состояние легкой эйфории.

Писал директор Дамблдор. Как уже утвержденному декану Слизерина, ей назначалось выбрать двух старост из будущих пятикурсников. К письму прилагались характеристики наиболее ответственных и дисциплинированных студентов с хорошими оценками.

Гарри, не раздумывая, выбрала двоих. Люциус Малфой и Беллатриса Блэк, в будущем Лейстрендж. Отличные отметки, неплохие характеристики, хотя и проскальзывало между строк неприятие некоторого высокомерия Люциуса и снобизма, повышенной агрессивности Беллы. Впрочем, она же Блэк, их фирменное безумие у нее в крови. Им обоим будет полезно подумать не только о себе, а слишком разойтись она им не позволит. В прошлом компанию Люциусу составляла староста Аннабель Гойл, Гарри решила это исправить. Безынициативная девочка, легко поддающаяся чужому вниманию не лучший кандидат там, где требуется твердая рука. Змейки должны понять, что кроме декана, есть еще и старосты. Декан — последняя инстанция, к которой прибегают, когда предыдущие не смогли разобраться.