– Беру.

Уэббли вышел из комнаты и отсутствовал не более минуты. Когда он вернулся, у него в руках был черный автоматический пистолет, распространявший кислый запах оружейного масла.

– Не новый, но работает исправно, сам проверял и смазывал. Двести.

– Двести рублей за пистолет?

– Наценка за услуги, - Уэббли подмигнул, - Сам понимаешь…

– В любой подворотне Девятого я купил бы новый за полсотни!

Уэббли пожал плечами.

– Но ты сейчас не в Девятом. Ты сейчас у меня, Маадэр. А это значит лишь одно. Тебя наконец взяли за твою крысиную шею, и теперь тебе очень страшно. Настолько, что больше идти тебе не к кому. Кроме твоего старого доброго друга Уэббли. Так?

– Ты пропил еще не все мозги… Да, меня и в самом деле несколько прижали обстоятельства, - признал Маадэр.

– Настолько, что ты боишься обратиться к прежним знакомым?

– Настолько. Вот деньги, - Маадэр вытащил две банкноты, полученные от Нидара и, разгладив, положил на стол, - Но кроме ствола мне требуется кое-что еще.

– Как я и думал. Что же тебе надо?

– «Тацитурния Силентия».

Уэббли уставился на него долгим внимательным взглядом. И уже без улыбки.

– Прости, кажется, я не расслышал. Кишечник-то мне почистили, а вот уши…

– Мне кажется, расслышал. Мне нужна «Тацитурния», Дэниэл. Ты ведь помнишь, что это такое?

Уэббли кивнул.

– Моя память еще при мне. Но ты выбрал странную тему для своих шуточек.

– Уверяю, я серьезен. Мне надо выйти на «Тацитурнию».

– Какой вздор… Если тебе понадобилась серьезная помощь, есть люди, которые справятся с твоей проблемой куда быстрее. И дешевле. Подумать только, Куница ищет наемных убийц… Не думал, что доживу до такого. Теряешь хватку?

– Я тут не при чем. И мне нужен не заказ. Я хочу поговорить.

Уэббли усмехнулся.

– Замечательно. Почему я?

– Ты самый старый мерценарий из всех, что мне известны, - просто ответил Маадэр, - Когда я получил лицензию, ты уже вышел на покой. И Пасифе ты знаешь, как свои пять пальцев.

– Есть люди, которых не стоит трогать без дела, Куница. И я не шучу. Эти люди очень не любят внимания. Тебе ясно?

– В моем положении нет выбора, Уэббли. Точнее, есть, но он небогат – или я нахожу кого-то из ребят «Тацитурнии», с которым могу поговорить по душам, или меня находят завтра где-нибудь в переулке, и вряд ли одним куском. Не упрямься. У тебя должны быть выходы на них, я же знаю. Ты самая опытная гиена в этой части Солнечной Системы. Хоть что-то тебе должно быть известно.

Уэббли вновь достал бутылку, налил в свой стакан и молча выпил. Пистолет он рассеянно засунул за ремень.

– Это опасные люди, - сказал он негромко, - Если ты свяжешься с ними, да еще и с целью поболтать, тебя найдут не одним куском, Куница, тебя будут находить вновь и вновь месяц подряд… Я имел кое с кем из них дело, врать не буду.

– Они действительно так сильны, как о них треплют?

– Что? Черт возьми, это лучше убийцы на этом дрянном булыжнике под названием Пасифе! – Уэббли треснул стаканом об стол так, что тот едва не лопнул, - И да, они действительно так сильны.

Маадэр вздохнул. Старый мерценарий был упрям, даже забросай он его сотнями доводов, это едва ли решило бы исход дела. Но как раз их в его распоряжении и не было, привести хотя бы один взвешенный разумный довод, почему ему нужна «Тацитурния» было затруднительно. Он посмотрел в глаза Уэббли, с удовлетворением заметив, как они на мгновенье дрогнули, точно инстинктивно хотели метнуться прочь, избегая его взгляда. Как будто Уэббли чего-то боялся.

– Мне нужны эти парни, - просто сказал Маадэр, стараясь говорить тихо и монотонно, - Я не могу сказать тебе, зачем. Не могу сказать, почему. Но я должен с ними встретиться. За мою безопасность можешь не волноваться, если она действительно тебя волнует, я не собираюсь встречаться с ними в полночь где-нибудь в глухом аппендиксе Девятого. У меня еще остался инстинкт самосохранения. Нет, я буду разговаривать с ними на своих условиях. И они их примут. Очень захотят принять.

Уэббли задумчиво покрутил в руке пустой стакан.

– Я не понимаю, к чему тебе это и что вообще происходит тут в последние дни, но старое правило Пасифе гласит – если ближний твой решил сложить свою безмозглую голову – не мешай ему. Я дам тебе «Тацитурнию», Маадэр.

Что-то в его словах показалось Маадэру странным. Как звякнувшее фальшивым металлом звено в цепи.

– Постой, - сказал он, пытаясь сосредоточиться, - О чем ты? Что происходит?

Уэббли сам уставился ему в глаза.

– Заканчивай с шань-си, Куница. Эта дрянь растворяет мозг получше средства против засоров в трубах.

– Последние несколько дней я был несколько занят. У меня было не очень много времени, чтоб следить за новостями.

– Поэтому ты не знаешь, о чем трубят все центральные каналы вот уже часов десять кряду?

– Понятия не имею.

Уэббли покачал головой.

– Какая-то скверная штука в Девятом. Похоже на эпидемию. Ухлопала почти три сотни человек за пару часов. Как тебе?