Она почувствовала, что Шедоу напрягся, но движение было едва заметным: то ли он пытался найти более удобное положение, то ли среагировал на её слова. Он вздохнул, его грудь немного потерлась о её щеку. Бьюти нравилось чувствовать его, и она расслабилась рядом с ним.

– Хочешь поговорить об этом? У всех нас есть воспоминания, преследующие нас во снах.

– Я сделала кое-что плохое, когда меня спасали.

– Ты не поверила, что они действительно пришли тебя освободить? Это обычная ошибка многих из нас. Ты не виновата. Кто мог подумать, что мы когда-нибудь доверимся людям?

– Там был мужчина, - призналась Бьюти.
– Он попросил меня быть с ним милой. Он опасался, что я на него накинусь… - Её голос затих. Стыдно признаваться в том, что она сделала.

Шедоу пару раз неуверенно погладил её по спине, так легко, что Бьюти едва ощутила его прикосновения.

– Понятно, что ты чуть не набросилась на него.

– Я сделала хуже.

– Люди издевались над нами. В этом нет твоей вины, Бьюти.

С её сердцем случилось что-то непонятное, когда она услышала, как он хрипло произнес её имя. Она слышала, как бьётся его сердце. Сильно и громко. Надёжно. Это действовало успокаивающе, и было приятным.

– Я думала… - Она закусила губу.
– Даже говорить не хочу.

– Что он хотел навредить тебе? Люди так с нами и поступали.

Бьюти отстранилась, быстро взглянув в лицо Шедоу. Он опустил подбородок и смотрел на неё. Понимание и сострадание смягчило его взгляд, побуждая её говорить. Почему-то Шедоу ей хотелось признаться.

– Мужчина, который владел мной, был старым, с седыми волосами и морщинистой кожей. Он кричал на меня, тогда еще ребенка, а я не понимала, почему он так сердится. Это продолжалось, пока я не выросла, и тогда всё стало хуже. Он ждал, пока я повзрослею, чтобы получить от меня то, что хотел.

Шедоу вдруг зарычал, и выражение его лица изменилось. Вспышка страха пронзила её, инстинкт призывал бежать. Он, наверное, почувствовал это, потому что слегка её обнял.

– Спокойно, - мягко приказал он.
– Я не обижу тебя. Моя ярость направлена не на тебя. Я слышал рассказы о том, что делали с женщинами-подарками. Не нужно снова переживать то, что так тебя травмировало.

– Мне нужно рассказать об этом.
– Бьюти искала способ узнать Шедоу и выслушать его историю. Она надеялась, что поделившись с ним, заставит его раскрыться.
– Он никогда не бил меня, пока я росла. Тоже слышала некоторые истории. Он не приставал ко мне, пока я была ребенком.

Лицо Шедоу, искаженное гневом немного смягчились.

– Рад это слышать.

– Он ждал, пока я созрею.

Грудь Шедоу под её ладонью завибрировала за миг до того, как с его сомкнутых губ сорвалось приглушенное рычание. Бьюти понимала, что он не на неё рычит. Её взгляд сфокусировался на его груди. Это было лучше, чем смотреть прямо в его глаза во время разговора.

– Он не был жесток физически, это была скорее психологическая жестокость. Мне не нравились его прикосновения, но я слышала истории и похуже. Это продолжалось не долго.

– Остановись, - прошептал Шедоу.
– Пожалуйста?

Бьюти взглянула на него, слёзы в его глазах вызывали изумление. Он испытывал боль, и её потрясло что незнакомец испытывал такие эмоции из-за того, что случилось с ней в прошлом.

– У него был рак. Из-за болезни он стал совсем слабым.

– Надеюсь, он умер в мучениях.
– Шедоу стиснул зубы.

– Он выжил, но больше не мог прикасаться ко мне. Болезнь оставила его в инвалидном кресле и не в состоянии причинять мне боль.

– Хорошо, - прорычал он.

Она кивнула и снова приникла к нему, закрыв глаза. Его сердце колотилось в груди.

– Охранники никогда не дерзнули бы прикоснуться ко мне. Они говорили об этом. Я знаю, что они хотели меня. Обещали больше еды и относиться ко мне лучше, если сделаю кое-что для них и с ними.

Руки Шедоу сжались вокруг неё, и она почувствовала себя в безопасности в его объятиях.

– Мы делаем то, что должны, чтобы выжить.

– Я никогда не делала этого.
– Бьюти поёжилась, вспоминая, как они смеялись над ней, когда приносили еду и говорили непристойности.
– Я не была милой с ними. Они пугали меня, но я знала - если скажу Хозяину, он уволит их. Хозяин ясно дал понять, что никто из них не тронет меня. Он расспрашивал обо всём и заставил пообещать: рассказать, если кто-нибудь попытается проникнуть в подвал и взять меня.

– Эти воспоминания и вызвали кошмары.

Бьюти кивнула:

– Я была напугана, когда меня спасали. Не знала, что до Хозяина дошли слухи о том, что его сотрудничество с "Мерсил" обнаружено, и он бежал из страны. Наверное, боялся, что узнают о том, что он владел мной. Он оставил меня с этими мужчинами. Которые всё время говорили мне вести себя по-хорошему. Просили делать всякие сексуальные вещи с ними. У них были злые глаза, и обращались они со мной грубо, когда забрали меня и перевезли в новое место, чтобы спрятать. Я ненавидела, когда они наблюдали за мной в душе.
– Бьюти снова поёжилась, вспоминая свой ужас, когда постоянно ждала нападения.
– Они часто сердились на меня и наказывали, не позволяя мыться.
– Руки вокруг неё сжались сильнее, Шедоу прижал Бьюти к себе. Ей понравилось это чувство тепла и безопасности.
– Думаю, Хозяин надеялся, что никто не узнает, что он владел мной, и дал указание держать меня живой. На тот случай, если получится меня вернуть. Я много об этом размышляла. Наверняка был приказ не трогать меня. Только это удерживало их от того, чтобы взять то, что они хотели.