Заглянув в гостиную, Селена нашарила глазами часы. До конца урока минуты две. Пожав плечами, она поднялась на второй этаж и, мягко ступая, приблизилась к приоткрытой двери комнаты Бернара. Прислушавшись, она не услышала голоса Коннора. Разговаривали Бернар и Ривер. Так что, стукнув, чтобы предупредить о себе, она вошла.

Коннор сидел не в кресле, как обычно, а на столе - болтая ногами. Слушал взрослых магов, которые замолчали при виде Селены.

– Что-то интересное?
– спросила хозяйка места, присаживаясь без разрешения в освобождённое кресло.

– Ривер считает, что старинные книги сильней, чем современные, настолько, что даже записанные обычной рукой и обычной ручкой, могут иметь страшную мощь, - сказал Коннор и кивнул магу.
– Я правильно понял?

– Правильно, - вздохнул тот.
– Понимаешь... Древние заклинания использовали обращение к таким силам, которые в современном мире спят, не будучи востребованными. Ведь в последнее время маги, люди или эльфы - всё равно, используют магию чисто прагматически. Я долго думал, почему грабители-вампиры сожгли в первую очередь именно самые древние книги. Ведь они сами по себе очень ценные, захоти грабители продать их кому-нибудь. Пришёл к выводу: они знали о силе этих книг. Появись такие книги в любом эльфийском семействе, семья быстро стала бы могущественной, даже не используя эти заклинания.

– Ривер думает, что надо разыскать в памяти Коннора именно такие книги и, забыв о библиографии, начать переписывать именно их, - брюзгливо объяснил старик эльф.

– Я плохой политик, - усмехнулся маг.
– Но я предпочту эльфийскую спесь и мир военному положению при вампирах.

Коннор задумчиво посмотрел на него, вздохнул.

– Я пока смотрю на ваш мир с точки зрения реалий мира своего, - размышляя, проговорила Селена.
– Но, когда я слышу о надвигающейся войне, сразу вспоминаю о Джарри, об Александрите, о Корунде, о недавно вернувшихся магах... Обо всех так называемого призывного возраста. Наша деревня будет обессилена, если наши мужчины уйдут на войну. Я... тоже согласна - даже на передачу переписанных книг дяде Мирта, Гиацинту, если он сумеет распорядиться книгами правильно и закончить в городе разговоры о войне. Он же опытный политик.

– Фу-у...
– протянул Коннор.
– Гиацинту...

– Если это плата за жизнь моего Джарри и моих сыновей, за жизнь всех тех, кто может погибнуть в завоевательской войне, я готова платить и ему.

Мальчишка замолчал и вздохнул. Он, кажется, пока не думал о том, как война может коснуться жителей деревни.

– Я хозяйка места, - продолжала Селена.
– Чаще всего с головой погружена в дела деревни и детей. Мир ваш изучила плохо, только на том куске его, который мне доступен. Ривер, Бернар, неужели в городе нет силы, способной противостоять вампирам? Ведь город не состоит только из жителей.

– Есть сообщества эльфийских магов, - неохотно сказал Бернар.
– Но они давно углубились в изучение теоретической магии. Их больше интересует философская сторона магии и её воздействия в целом. Если отдать книги с древними заклинаниями в такие сообщества, их адепты в первую очередь займутся изучением содержания, но не воздействием, направленным на улучшение политики в городе. А там...
– И он беспомощно развёл руками.

А Коннор договорил вместо него:

– Они просто профукают, растратят зря время. А вампиры просто-напросто, узнав о книгах, отберут их - и снова получится, что мы тоже зря промотали силы, переписывая её.

– А вот если бы...
– Ривер замолчал, горестно глядя в окно.
– Если бы самим придумать какой-нибудь ритуал, направленный на спасение города с помощью древних книг... Но для этого в первую очередь надо найти самые сильные. Во вторую - нужно время, чтобы переписать их. И только в третью очередь оценить их силу... Вручную переписывать - это тяжело. И долго.

– В нашем мире были диктофоны и магнитофоны - технические устройства для записи произнесённого вслух, - заметила Селена, - не считая компьютеров. Город Утренней Зари тоже не примитивен. А вдруг и у вас есть что-то из техники...

Она замолчала, заметив, что Бернар улыбнулся.

– Несколько раз вы, леди Селена, рассказывали о технических достижениях вашего мира. У нас тоже они есть. Проблема в том, что ими могут пользоваться лишь те, кто лишён магической силы. В нашем городе это оборотни, люди и тролли. У них, например, есть аналоги ваших телефонов - переговорники.

– Но Корунд сказал, что видел такой переговорник в руках дяди Мирта, - возразила Селена.
– Значит, ими могут пользоваться и маги.

– Очень сильные, - уточнил Ривер.
– Чтобы магу пользоваться техническими штучками, ему приходится блокировать свою магию. Она разрушает технику. То есть, скажу ещё раз, - техникой могут пользоваться лишь сильнейшие. Это тончайшая работа. Гиацинт, видимо, из сильнейших.

– А наш серебряный диск?
– спросила озадаченная Селена.

– Он-то как раз работает на магии, но, к сожалению, как я посмотрел, он может быть настроен лишь на тех, кто представляет себе при разговоре лицо собеседника.

– Но и это неплохо...

– Селена, а почему ты пришла?
– внезапно спросил Коннор.
– Ты же никогда не приходила в школу во время уроков.

– Точно! Совсем забыла!
– всплеснула руками хозяйка места.
– У нас проблема. Люция разбила ветровое стекло нашей машины!