– Что-то случилось?
– спросил Ривер.

– Я отнюдь не сельская жительница, поэтому не удивляйтесь моим наивным вопросам. Ривер, когда вы начинаете сажать сельскохозяйственные культуры?

– Вы имеете в виду картоши? Обычно снимаем два урожая в год. А первая посадка через три дня. То есть завтра будет небольшой дождь. Два дня земля сохнет - и сажаем.

– Хорошо. Мика, твои минитракторы в каком состоянии?

– Прежде чем хватать за шкиряк, - язвительно и даже уничижительно произнёс Мика, - могла бы меня сразу спросить. Мы с Вилмором уже готовимся к посевной, ясно? И Джарри, между прочим, тоже в курсе. У нас вся техника - блеск, ясно?

– А почему мне не сказали?!

– У тебя же Стен, - удивлённо сказал Мика.
– А ещё мы. Так хоть от огородных дел оградили, как сказал Тибр. Он со своими-то двумя справляется еле-еле. Так рад, что Каиса рядом! Он сказал, что легче перепахать все поля деревни, чем с малышнёй сидеть. Так что мы и без тебя с посевами справимся.

Ривер улыбнулся и с прощальным кивком снова заспешил к учебному дому. Кажется, его больше интересовала беседа с Бернаром о силе древних записей... Селена тоже усмехнулась ему вслед. Только что он говорил о тех адептах, которые ограничены лишь изучением заклинаний, но никак не делом. Не похож ли сам Ривер на них? Подумав, хозяйка места признала: нет. Не похож Ривер на кабинетного учёного. Он готов зарыться в книги, чтобы действовать. Вспомнить только его мощнейшие охранные обереги по всей изгороди вокруг деревни. Кропотливые поиски уничтожения магических машин. Участие в ритуале преображения одичавших оборотней...

– Селена!
– нетерпеливо дёрнул её за руку Мика.
– Я побежал?

Светловолосый живчик только не приплясывал на месте.

– Побежишь, - пообещала она ему.
– Если ответишь на один вопрос: почему Веткин ничего не знает о вашей подготовке?

– Почему не знает?
– поразился Мика.
– Мы с ним говорили!

– Но он сказал, что бегал к огородникам...
– начала Селена и осеклась. Может, она неправильно поняла домашнего? Слишком мало информации.
– Ладно, беги.

Следя, как Мика добегает до ребят из братства, которые дожидались его рядом с учебным домом, Селена решила: "Голова кругом. Может, все правы, что мне надо сидеть и ни во что не вмешиваться, пока Стенька маленький? Что я до сих пор не в форме?"

Путь в дом оказался свободен. Никого не встретив, Селена влетела на веранду и первом делом присела перед корзиной. Стен спал. И, лишь осторожно прижимая к себе мягкий маленький свёрток, Селена поняла, как сильно испугалась.

Бездумно выпрямившись и захватив корзину незанятой рукой, она вошла в кабинет. Пока Джарри занимался машиной, она вдруг захотела понять, почему испугалась. Да и Стенька Разин вдруг, не открывая глаза, наморщился, насупился, а значит, пора немедленно гасить страх, немедленно услышанный сынишкой.

Машинально шагая из угла в угол, покачивая на ходу спящего Стена, словно он нуждался в этом убаюкивании, Селена не сразу, но сообразила: она испытала сильный страх при мысли, что не справляется со своими обязанностями хозяйки места. Такая мелочь, как незнание, что происходит в её хозяйстве, мгновенно выбила её из колеи.

Селена остановилась.

Но ведь так и должно быть. Вот если бы у неё была обычная семья: муж, она сама, двое детей - это было бы и впрямь стыдно. Но её семья - это несколько десятков человек, да ещё от неё и её дома зависят несколько семей в деревне. Вернувшиеся маги нормально прожили зиму только потому, что получили основу для питания - подвалы и садовые землянки-зимники набиты собранными поздним летом картошами. Кроме всего прочего, все эти месяцы Джарри и Колр водили магов-охотников к лесной заводи неподалёку - той самой, где Ирма встретилась с Хельми. Магические машины обрушили только один берег заводи, угодив как раз на обрыв, но другие берега остались целёхонькими, поскольку отличались отличной топкостью. Машины не решились лезть в самые вязкие места. Пара кабаньих стад удрала вовремя от второй машинной волны, и деревня была обеспечена мясом. А ещё в деревне прижилось одичавшее было козье стадо - теперь, естественно, уже не одно. То есть всегда было молоко... Это тебе не социальные карточки в городе, о которых жители деревни узнавали только от Чистильщиков, и не сумасшедшие цены спекулянтов на городском чёрном рынке...

Хозяйство росло. Неудивительно, что в процессе его роста взрослые члены многочисленной семьи в Тёплой Норе постепенно взяли на свои плечи какие-то обязанности, и о некоторых делах хозяйка места теперь узнавала не сразу.

"Значит, я и не должна быть в курсе всего одновременно, - с облегчением выдохнула Селена.
– А возникнут проблемы - всё равно ведь скажут, чтобы решить их всей семьёй, а то и всей деревней. Ну что ж... Мика прав, и я не возражаю".

Взглянула на еле видные бровки Стеньки Разина, которые перестали хмуриться. Судя по нему, и сама теперь спокойна. Но смущённо улыбнулась, сообразив, что в курсе того, что происходит в хозяйстве, всё-таки хочется быть. Так спокойней. И тут же вспомнила: Вильма в мастерской Аманды! Кто присматривает за "ясельниками"?

Снова уложила сынишку в корзину и с нею поспешила из дома.

На детской площадке маленький народ что-то встревоженно кричал, сгрудившись у одного из крепчугов. В толпе малышни высился Вилмор, который руками держался за ствол крепчуга и, задрав голову, что-то говорил кому-то, явно сидящему на самом верху дерева, в корявых ветках. Несмотря на спокойный голос с уговаривающе-наставительными интонациями, выглядел взрослый оборотень довольно бледно.

– Айна, проследи, пожалуйста, за Стеном, - тихонько сказала Селена девчушке, стоящей позади всех.

– Хорошо, Селена, - послушно откликнулась та и отошла ближе к скамейкам, возле которых хозяйка места оставила своего сынишку.

А Селена на свободе прошла между малышами и тоже взглянула наверх. Сначала увидела высоко-высоко, среди веток, качающиеся ноги - и её сердце тоже не хило так качнулось. Спустя секунды догадалась, что кто-то висит, схватившись за сук... Быстро повернулась к Вилмору.

– Что случилось?

– Берилл...
– прошептал оборотень.
– Играли в догонялки. Гарден и Корилус потом спустились, а Берилл решил долезть до ветки, которая ему приглянулась. Я разрешил, потому что не думал, что он заберётся так высоко. Залез он, пока я не смотрел, а спуститься не может. И... Ветка трещит. А я пока и сам не могу...