— Такого уговора не было, — засмеялась Элейн, присаживаясь на диван напротив телевизора.

«Какого черта я здесь делаю?» — подумал Трент, хватая бутылку вина с журнального столика и два бокала с кухонной тумбы.

Он наполнил оба бокала, и один из них протянул ей:

— Если мы будем смотреть кино, то без выпивки не обойтись.

Она искренне рассмеялась и обняла его, как маленькая пятилетняя девочка обнимает своего папу.

Трент заскучал, просмотрев лишь половину фильма. Рядом с ним послышались женские всхлипы. «О, Боже, только не это», — подумал он, протягивая Элейн бумажное полотенце. Она улыбнулась и, вытирая слёзы, высморкалась. Оказывается, совместный просмотр фильмов не такое уж и романтичное занятие.

Спустя некоторое время, которое показалось для Трента вечностью, Элейн, наконец, выключила телевизор и наивно спросила:

— Я в восторге. А тебе понравилось?

«Чёрт возьми, нет!» — Трент действительно не понимал, как такой ужас может нравиться.

— Мне понравилось вино, — ответил он с усмешкой.

Элейн слегка ударила его по плечу:

— Это не то что я имела в виду. Я говорила о фильме.

Трент наклонился и поцеловал её:

— Мне больше нравятся твои губы.

Она иронически вздохнула, не прерывая поцелуй. Её губы были такими мягкими, упругими и сладкими, Трент всё никак не мог оторваться от них. Он бесстыдно просунул руку под её тонкую футболку и нащупал упругую грудь. Элейн была такой горячей и так реагировала…он знал, что сегодня ночью «это» произойдёт.

Снимая рубашку через голову, он расстегнул застёжку её бюстгальтера, обнажая красивую грудь. Он принялся ласкать торчащие соски, в то время, как она жадно стонала, хваталась за его плечи и выгибала спину, как дикая кошка. Ловким движением он снял с неё бюстгальтер, а затем решил заняться розовыми кружевными трусиками.

Оторвавшись от красивого женского тела, он встал, скинул свою одежду, зверски разорвав пару пуговиц на рубашке и быстро надел презерватив. Было ясно, что у него сейчас на уме.

Одним быстрым движением он притянул её к себе, и она вскрикнула:

— Ой, Трент.

— Держись ногами за мои бёдра, — приказал он. Она молчаливо повиновалась, и они направились в спальню.

Трент положил её на кровать и пододвинул ближе к себе. Она широко раздвинула бёдра, давая понять, что уже готова. Он запустил руку между её ногами.

— Пожалуйста, — умоляла она, хватаясь за его плечи.

Он подразнил её клитор своим членом, не прерывая зрительного контакта. Она держалась из последних сил, чтобы не наброситься на него.

— Ты такая мокрая, Элейн. Скажи мне, чего ты хочешь?

Она с трудом смогла выдавить:

— Ох…

— Скажи мне, — потребовал он, продолжая подразнивать её возбуждённый клитор.

— Ты… нужен… мне внутри… пожалуйста. Я не могу.

Одним резким движением он вошёл в неё во всю длину. Она содрогнулась от неожиданного резкого удара и шире раздвинула ноги, давая ему возможность войти ещё глубже. Это была пытка. Но сладкая пытка, которая не должна заканчиваться.

— Что ты чувствуешь? Тебе хорошо? — спросил он.

Она хваталась руками за простыни:

— Да, мне нравится, когда ты внутри меня. Прошу, не останавливайся.

Она сжималась вокруг него всё сильнее и сильнее. Оставалось совсем немного. Она выгнула спину и яростно кончила, хватаясь руками за влажные от пота простыни.

— Элейн, — прошептал Трент хриплым голосом и кончил следом за ней. Они вдыхали и выдыхали в такт, вся комната погрузилась в тишину. Разговоры только всё портили. Трент повернулся на бок и притянул её к себе, нежно поцеловав в лоб. Так они и заснули.

***

На следующее утро она проснулась в объятиях Трента. Это был первый раз, когда он ночевал у неё. Элейн слегка пошевелилась, чтобы выбраться из крепких объятий.

— Доброе утро, — прошептал Трент ей на ухо.

Пристально взглянув на него, Элейн сказала:

— Ты не должен быть здесь.

— Почему?

— Ты всё понимаешь. Никто никогда не должен узнать о нашей…близости.

Трент усмехнулся:

— Но прошлой ночью тебе очень понравилась наша близость, не так ли?

Элейн отвернулась от него:

— Я не шучу. Ты забыл, что у нас есть договорённость?

— Я помню, но ты первая поцеловала меня.

Элейн не понимала, почему с Трентом так трудно. Он неуправляем и слишком самовлюблен. А она, как глупая дурочка, рискует своей карьерой и репутацией.

— Тебе смешно? Да ты понятия не имеешь, как много я работала, чтобы стать той, кем сейчас являюсь.

Трент приподнялся и сел на край кровати:

— Как будто я работал меньше тебя?!

Элейн и не ожидала, что он поймёт. Трент богатый и влиятельный мужчина, каждая третья женщина бегает за ним, как влюблённая дурочка. Ему всё это даровалось с самого рождения, как само собой разумеющейся.