— Я понимаю, что ты ничем не рискуешь, но зато рискую я. Если кто-нибудь узнает о наших отношениях, то я потеряю всё: любимую работу, уважение близких и возможность карьерного роста. Моя жизнь будет окончена.

— Я уважаю твоё мнение, но нельзя всю жизнь беспокоиться, что о тебе подумают другие. Человек, зависящий от чужого мнения, не живёт полной жизнью.

Трент был прав, и она это прекрасно понимала. Но Элейн была не готова двигаться вперёд, совершать какие-то необдуманные поступки. Нет, это не для неё.

— Ты думаешь, что всё так просто?

Трент покачал головой:

— Нет, не просто. Но ты должна попытаться жить полной жизнью и не зависеть от мнения серых масс.

«Жить полной жизнью? Ну, да!» — подумала Элейн. Трент живёт полной жизнью, даже не заботясь о последствиях. Например, его поездка в Дубай! Явно за прошлые выходные в его постели побывал не один десяток голых девиц. А теперь он здесь, с ней. «О, Господи, о чём я только думала?» — винила себя Элейн.

— Тебя даже не волнуют жизни других людей. Ты получаешь то, что хочешь, а затем просто бросаешь наскучившую «игрушку», — она сказала это, прекрасно понимая, что может задеть Трента за живое.

— Ты права. Я всегда получаю, то что хочу. Мои родители так воспитали меня.

— Ну, конечно, яблоко от яблони. Думаю, ты идеальный сын в глаза своих родителей.

Уже более мягким тоном Трент ответил:

— Я никогда не был ангелом для своих родителей. Некоторые мои поступки повергли в шок всю семью.

Элейн немного смутилась, она была не готова к такой откровенности Трента.

— Что ты имеешь в виду?

— Мой дед был офицером, мой отец офицер и двое моих братьев тоже офицеры. Мои младшие сестры пошли по стопам матери и стали медсёстрами. Можно сказать, что я не вписываюсь в свою «идеальную семью». Ведь я не пошёл по стопам родителей.

Элейн было тяжело слушать о такой прекрасной семье: братья, сёстры, замечательные родители. У неё этого не было и никогда не будет, она никогда не почувствует, какого это, иметь сестру или брата. В душе ей было больно, но она не подавала виду. Все свои слёзы она выплакала за один день, день, который навсегда останется в её памяти.

— Так у тебя есть четверо братьев и сестёр? Я думала, что ты единственный ребёнок в семье, и поэтому такой избалованный.

— Ты сильно ошибалась на мой счёт. Я не родился на всём готовеньком, моя жизнь не всегда была такой беззаботной. В далёком прошлом мне приходилось усердно учиться, а после школы подрабатывать везде, где возможно. Раньше я не был таким избалованным, а скорее слишком жёстким по отношению к семье. У меня часто возникали ссоры и конфликты с отцом.

— Но, кажется, ты хороший сын.

— Не будь так уверена в этом.

В его глазах читалась некая боль и отчуждённость. Казалось, это для него больной вопрос, поэтому Элейн решила сменить тему:

— Трент, уже почти утро. Тебе нужно уйти.

На этот раз он не стал спорить, а просто спросил:

— Разве тебя не удивляет тот факт, что прошлой ночью мы спали вместе. Я не исчез, как обычно.

— Думаю, ты остался, потому что было слишком поздно.

Трент ухмыльнулся:

— Не буду отрицать очевидного, но была и другая причина. Что ты делаешь вечером в следующую пятницу?

— У меня нет никаких планов. А что?

— Будет благотворительное мероприятие. Я хочу, чтобы мы пошли туда вместе.

Скрестив руки на груди, она ответила:

— Трент, я же сказала, что люди не должны видеть нас вместе. Это только подогреет интерес журналистов.

— Я слышу это уже не в первый, и даже не во второй, а в десятый раз. Но я уже осведомил прессу, что между нами только деловые отношения.

— Ты разве не знаешь журналистов? Они обожают распускать слухи.

— Какая разница? Это ведь всего лишь сплетни.

— То есть тебе наплевать?

— Я этого не говорил. Но такова цена за успех, а тебе просто нужно это принять.

Покачав головой, Элейн сказала:

— Я не хочу ввязываться во всё это, поэтому мой ответ отрицателен. Я не пойду с тобой на благотворительное мероприятие или на какое-либо другое мероприятие. Мне не нужны проблемы.

Элейн собиралась ему рассказать, что сегодня утром вышел свежий номер National Enquirer с очередной горячей новостью. Трент был замечен на одном из пляжей Дубая, из достоверных источников известно, что он приехал туда, чтобы совместить «приятное с полезным», девушек и бизнес. Но Элейн пыталась это игнорировать. Она не собиралась попадать на первую страницу всех таблоидов Нью-Йорка в качестве очередной личной шлюхи Трента Дэвиса.