Навернувшиеся слезы на глазах Исса поразили меня как гром среди ясного неба. Рухнув с дивана, я замер перед сестрой.

– Ты что? Что с тобой?-протянув свои руки, я взял ее ладони в свои.

Немного посипев носом и кое-как удержав подступающие слезы, я услышал:- Как ты думаешь, сколько мне лет?

Виденное мною много раз мыло-сериалах по гало-видео, женское вывернутое мышление в реальности оказалось еще более запущенным случаем. Решив, что она выглядит как старуха после болезни, Исса все-таки разрыдалась. Будучи младше меня на 4 года, сестра еще не приступала к учебе на среднем уровне, закончив только начальный. Я своими словами невольно дал ей повод думать, что она выглядит как моя ровесница. Как бороться с подобными эмоциональными всплесками я не знал, и сюсюкался с Иссой минут двадцать, убеждая ее что я не это имел ввиду и вообще она на малолетку еще похожа. Перегнув в очередной раз палку, я вызвал новый поток мокрых эмоций и отчаялся что-либо исправить.

Сев назад на диван, я сжал поплотнее рот и скрестил руки на груди. Похлюпав еще немного, Исса прижалась ко мне. Появившийся в ее руках платочек, давно превратился в мокрое нечто, и я со стыдом поймал себя на мысли, что так и не обзавелся собственным. Сейчас он бы очень пригодился.

– Доктор говорил, что нервы будут немного шалить первое время,-зареванная сестра, со шмыганьем в носу глубоко вздохнула.

Я продолжал молчать, боясь ляпнуть что-то не то.

– А ты не бери в голову, это я так,- то что Исса начнет меня успокаивать, я ожидал в последнюю очередь, и это было хорошим звонком.

Молчание оказалось самым правильным решением. Посидев еще немного, сестренка улыбнулась и соскочив с дивана потащила меня за руку. Последующие два часа остававшиеся до обеда, мы провели серфя вирт на инфо по учебным заведениям. Я с удивлением узнал, что на охотников за крысами действительно учат, и учеба очень недешевая, как впрочем и зарплата у последних отнюдь не маленькая. День прошел в дружеской обстановке.

Продинамив целых трое суток, мистер Одж назначил встречу на сегодняшний вечер. О судебном иске я решил не говорить сестре и как оказалась очень правильно сделал. Первую половину нашей беседы, вместо того, чтобы отвечать на мои вопросы, юрист заставил меня самого говорить. Слезы сестры не остались не замеченными и я был подвергнут допросу с пристрастием о том кто что как и о чем сказал. Периодически отвлекаясь на свой комм, юрист сравнивал мои показания с записями системы безопасности или еще каким-то источником информации.

В окончание допроса, я дал слово, что детали судебного процесса не будут никогда мною обсуждаться ни с кем, невзирая на статус собеседника. Срок обещания был бессрочным.

 Попытавшийся после этого юрист выпроводить меня из кабинета, познакомился с неизвестной ему до этого момента моей истинной сущностью. Озверев от округлых и без информативных фраз, я в довольно резкой форме потребовал просветить меня в детали судебной тяжбы. Наиболее важным мне казалась часть, связанная со ссылкой на параграф потребительского соглашения.

– С предложением для вас учиться на юриста я явно погорячился, - прижатый мистер Одж отбивался до последнего: -Вы слишком не сдержаны и импульсивны.

Поняв что я не отстану, юрист с неохотой продолжил:- Как я уже говорил, вставать на пути планетарной корпорации и пытаться победить ее на юридическом поле безнадежно. Одержав победу сейчас, семья гарантированно приобретет врага, который не успокоится пока не раздавит наш бизнес в будущем.

– На встречу несущемуся локомотиву я выставил равный ему локомотив, если не более мощный.

С сожалением взглянув на мое глупеющее от слова к слову лицо, мистер Одж решил не уходить в аллегории.

– Я столкнул лбами судопроизводство иКсина нашего мегаполиса с юридическим отделом корпорации. Согласившись на дружеский сговор с перевозчиками, мы получим небольшой процент от приобретаемой ими выгоды и их уверенность в нашей непричастности к каким-либо возникающим проблемам во время процесса. Одновременно с этим, через администрацию вирт-игры, я бросил «кость» иКсину, уличив «Камаз» в нарушениях об использовании конфиденциальной информации.

Видя мое непонимание, со вздохом мистер Одж пояснил совсем простыми словами: - Откуда грузоперевозчики узнали, что чемпион Малой Арены это Арти Милован? Обнародовав свое обладание этой информацией, они признали, что пользуются неправомерными источниками, создавая прецедент, не только в этом деле, но и во всех последующих возможных судебных тяжбах!

Не уловив даже половины смысла сказанного, я решил что этого достаточно и свернул к интересующему меня вопросу:- А что это за подпункт в договоре?

Недовольно посмотрев на меня, мистер Одж сделал движение рукой, словно успокаивая меня и обещая дойти до этого чуть позже.

По результатам беседы вырисовывалась следующая картина:

Компания «Камаз» подавшая на меня судебный иск, за то, что я опорочил ее имя бездарно проиграв на АБИ, переадресовала свои материальные претензии к владельцу игры, допустившему регистрацию моего персонажа без наложения дополнительных ограничений по действиям в игре.

Городской иКсин так же выдвинул обвинение в незаконном обладании и распространении конфиденциальной информации, то есть моего имени, как обладателя персонажа в игре.