— Hello, — узнать сегодня на улицах города настоящего иностранца можно только по произношению, ни одна рязанская дивчина никогда не сможет так исковеркать простое приветствие.

— Привет, — язык никогда не был моей сильной стороной, знания ограничивались школьной программой на три балла провинциального городка.

— Что это за здание? — продолжая шпарить на своем английском, она указала изящным движением кисти руки на другой берег.

«— Почем я знаю?» — слова остались не высказанными, я с умным видом уставился в указанном направлении.

Мои невидимые остальным людям жгуты растопырились в разные стороны. Уловив халявный wifi в ближайшем кафе, я ломанулся в сеть в поисках ответа. Параллельно открыл русско-английский переводчик, вколачивая туда найденный ответ.

— Это здание главпочтамта, во времена СССР через коммуникационные линии проходило более трех тысяч телеграмм и пять сотен звонков во все уголки моей страны, — оттарабанил я, читая как с листа перед внутренним взором.

— Разве это много? — удивилась она: — В Англии были цифры на порядок больше, притом, что территория страны в пятнадцать раз меньше.

Внутри головы что-то менялось и подстраивалось, я начинал понимать все лучше и лучше, съеденные» ею окончания слов подбирались подключившимся лингво блоком, неизвестные термины переводились, оседая в памяти. Получив задачу, операционная система включила все мощности, достигая поставленной цели. Обмен информацией с сетью уже не требовал моего участия, необходимые запросы и ответы формировались параллельно нашей беседе.

— Уровень технического развития наших стран можно сравнивать только в некоторые годы, — стараясь не сильно коверкать иностранные слова, я прислонился к парапету устроившись рядом с незнакомкой: — так как о реальном положении дел в смутные периоды истории мы можем только догадываться.

— Стелла, — представилась она.

— Роман, — ответив на ее рукопожатие, отметил крепость женской руки: — позвольте я покажу вам Москву!

— Вы так хорошо ее знаете? — чем лучше я ее понимал, тем четче проявлялась чуждость иностранного мышления.

— Испытайте меня! — обведя широким жестом окружающее нас пространство, я чувствовал, как мое собственное мышление начинает работать по другому алгоритму.

«— Как бы мозг себе не свернуть», — обеспокоился я.

«Сохранить прежний профиль как базовый? Создать новый профиль? Профиль переименован в «Бритиш, идет наполнение лексических матриц» — мыслеголос получил добро и принялся за свою часть работы.

— Например вот это! — внутренние разговоры не требовали времени, окружающие люди даже не замечали моих отключек от реальности.

— Водонапорная башня, построена в 1854 году, кто строил неизвестно, выведена из эксплуатации девять лет назад, — почувствовав, как девушка теряет ко мне интерес, я сменил свое поведение: — а вообще смотреть Москву надо не так!

Оставалось теперь придумать, что ей предложить, пока вновь проснувшееся ко мне любопытство не исчезнет окончательно. Общий стиль ее одежды натолкнул на правильное решение.

— Ты странный, — сказала она.

Мы сидели в кафе, наш столик был вплотную придвинут к стеклянной стене, сквозь которую открывалась панорама на вечерний город с высоты 23 этажа.

— Кто бы говорил, — ухмыльнулся я: — приехать в Москву, чтобы посмотреть на броневик Ленина, при том, что он в Ленинграде!

Вычленить из ее комментариев крупицы интереса ко временам революции было самым сложным. После этого выбираемые мной места посещений все большее и большее значение имели для тех смутных времен. Потеряв знаменитую английскую невозмутимость, девушка не выдержала через три часа и спросила прямым текстом, где находиться броневик.

Театрально посмотрев на мотоцикл, который возил нас по Москве, я предложил перекусить, прежде чем отправляться на «железном коне» в соседнюю столицу.

— У вас две столицы? — Стелла не сразу сообразила, о чем я говорю.

— Да, — и выдержав наигранную паузу, добавил: — Финансовая и Культурная.

Рассмеявшись чистым смехом, девушка призналась, что я выиграл. Еще раньше мы уговорились, что она пойдет на свидание, если сможет увидеть то, что ей интересно.

— И все-таки ты странный, — сделав еще глоток белого вина из высокого бокала, она перевела взгляд на раскинувшиеся перед нами огни большого города.

Ее аура светилась ровным цветом, отображая отменное здоровье и абсолютное равнодушие ко мне в сексуальном плане. Когда женское тело испытывало желание, то насыщенность цвета менялась, смещаясь к нижней части живота, впрочем у мужчин это проявлялось еще более явно.

Скосив глаза, я посмотрел на сидящую через два стола от нас влюбленную парочку. У девушки был просто пожар в чреслах, а парень-ботан сидел ничего не замечая и с умным видом о чем-то разглагольствовал.

— Я отойду на несколько минут? — я привстал из-за стола, кивнув в сторону прохода, ведущего к туалетным кабинкам.