— Надо найти учителя, — решение вышло странным, нежелание плодить новые ошибки, пытаясь до всего дойти самостоятельно, сыграло доминантную роль.

Глянув на меч и оценив его потертые ножны, я с трудом подавил в себе желание немедленно действовать. Прежде чем пуститься в новую авантюру, надо было все разузнать.

Школа Меча, прописанная во всех справочниках с большой буквы, находилась ни где-нибудь, а в городе Токио. Попасть в нее можно было несколькими способами, но мне подходил только один. Мои родители не отдали меня в шестилетнем возрасте на обучение, да и род мой не был известен в Японии как древний и уважаемый. Так-что оставалось заплатить денег и подобно избалованному иностранцу получить чуточку внимания с толикой мудрости от узкоглазого учителя.

Закончив просматривать выложенную в сети информацию о лучшей на планете школе боя на мечах, я задумался о том, как буду с ними общаться.

— О нет, — одна только мысль, что придется учить еще один язык, вызвала слабость во всем теле и острое желание забросить эту тему в самый дальний угол чулана моей памяти.

Глянув на часы, чертыхнулся подрываясь с места. Самолет, на котором улетала Стелла домой, отправлялся через два часа. Я зачем-то пообещал ее проводить и сейчас безжалостно опаздывал.

«— Она уже прошла в зал ожидания, — рассуждал я, ища варианты: — мой загранпаспорт еще не готов, купить билет не получиться»

Глянув на взлетное поле, краешком видневшееся через высокий забор, я придумал, как оставить у девушки о себе самые незабываемые впечатления. Огромный букет полетел в мусорную корзину, секретные агенты в телесериалах никогда не дарили цветы.

Автобус-гармошка напоминал гусеницу, ползая по взлетной полосе, он то и дело поворачивал под прямым углом, следуя известной только одному ему логике. Впрочем благодаря времени потраченному на странные маневры, я и успел оказаться в задуманном месте.

Стелла вышла из автобуса, по ее лицу ничего нельзя было сказать, то ли она расстроена, что я не пришел ее проводить в аэропорт, то ли ей все равно. Вынужденная ждать, пока более шустрые пассажиры взбираются по трапу наверх, девушка окинула рассеянным взглядом взлетное поле.

«— Блин! Неужели не заметила?!» — заволновался я.

Спустя секунду, показавшуюся мне вечностью, ее лицо замерло, глаза недоверчиво скосились назад. Я стоял под крылом самолета, скрытый от работников аэропорта стойкой шасси. Пограничники пересчитывали людей, служба техконтроля проводила последние мероприятия перед вылетом, грузчики запихивали оставшиеся чемоданы с багажом в грузовой отсек. Все были при деле, только я стоял и смотрел на британку. Решив что пора, я шутливо отсалютовал рукой к пустой голове, при этом чуть кивнув в знак приветствия.

Стелла шевельнулась в ответ, но спохватившись, отдернула кисть руки. Аура запылала, девушка была рабой своей слабости.

«— Как-же ты в самолете полетишь?» — представив ее состояние, я улыбнулся.

Британка приняла улыбку на свой счет и позволила себе улыбнутся в ответ. Очередь из пассажиров продолжала двигаться вперед, Стелле пришлось отвлечься, сместившись к ступенькам трапа. Когда она снова повернула голову в мою сторону, на прежнем месте у шасси никого не было. Из-за наличия ниши в крыле самолета над моей головой я и выбрал эту точку пространства, обдумывая заранее способ, как эффективно исчезнуть из поля зрения своей знакомой.

— Я уж думал, что ты там и останешься, — признался Василич, запихивая в нагрудный карман комбинезона вторую часть обещанных денег: — Думал придется тебя либо сдавать и плакала тогда моя работа, либо сделать вид что ничего не знаю.

— И плакали тогда еще 500 баксов, — продолжил я за него.

— Точно! — засмеялся водитель тягача.

Развозя по взлетному полю контейнеры с багажом пассажиров, мужчина так и не смог заработать ничего серьезного, кроме профессиональной болезни шоферов, и не стал отказаться от сомнительного предложения легкого заработка. Вышедшую из строя видеокамеру никто не торопился чинить. Оставшийся без контроля участок ограждения взлетного поля, жалобно скрипнул, повторно испытав вес моего тела.

— Конишуа, — намучившись с поиском иностранцев в столице, я решил изучать язык в Японии.

Здесь я был туристом и процент потенциальных носителей языка достигал 99 %. Со своим ростом я не сильно выделялся из общей толпы, генофонд узкоглазых потихоньку сдавался под натиском геномодифицированных продуктов, рождая из года в год все более рослых и светлокожих японцев. Уютная гостиница была трехэтажной, чистенькой.

— Конишуа, — повторив за одетой в обычный халат японкой приветствие, почувствовал, как спина сама собой, склонилась в поклоне.

«— Магия какая-то», — добираясь до гостиницы, я постоянно обращал внимание, что все друг другу кланяются и даже недоумевал по этому поводу какое-то время.

— Чем я могу вам помочь? — похоже, что первое произнесенное мной слово на новом языке прозвучало довольно чисто и женщина решила и дальше вести со мной диалог на местном наречии.

— Я бронировал номер, моя фамилия Власов, — перейдя на английский представился я.

Незамутненный взор узких глаз и приклеенная улыбка на выбеленном лице были мне ответом.