Да, более высокий жизненный уровень еще не означает более счастливую жизнь.

Но имеет ли любовь будущее? Это вопрос, от которого голова идет кругом. Конечно, и в будущем люди будут влюбляться, — но не станет ли охота за материальными благами и властью важнее, чем отношения между людьми и народами? Уже сейчас, мне кажется, в богатых индустриально развитых странах деловые интересы мощно давят на любовь. Иногда я задаю себе вопрос: что, если тяга к вещам сродни любви? Во всяком случае, я рад, что в отношениях между мужчиной и женщиной присутствует еще и секс. И мы поступаем умно, положительно оценивая эту изначальную силу человеческого тела, — иначе в будущем, которое поджидает нас за углом, кто-то захочет лечь в постель со своим любимым автомобилем.

Ты привел поразительный пример с больной девочкой, которая на краденые вещи пыталась купить любовь. Мне стало страшно, когда я представил себе всю меру одиночества и отчаяния девятилетнего ребенка. А потом стало страшно вдвойне: разве той же самой болезнью, клептоманией, не больно сегодня все человечество? И отдельным людям, и нациям, и целым странам катастрофически не хватает любви. А в результате начинается воровство: у другого человека крадут одежду или мотоцикл, у другой нации — права и достоинство, у другой страны — землю, нефтяное месторождение или рынок сбыта. Самое трагичное, что человечество делит с этой девочкой не только ее беду, но и ее ошибку: люди надеются на украденное купить любовь. Но ведь любовь, может быть, единственная вещь, которую нельзя импортировать: была ли в истории хоть одна страна-захватчик, жители которой стали счастливее в любви?

Может быть, я ошибаюсь — никакой статистики на этот счет нет — но мне кажется, что производство любви на душу населения в первые послевоенные десятилетия в нашей стране довольно быстро росло, но где-то с середины семидесятых начало даже падать. Этот процесс очень меня беспокоит. Ведь не найдя любви друг у друга, тысячи мужчин и женщин ежедневно начинают свою личную агрессию, и жертвами их порой неосознанного бесчинства становятся, как в слепой современной войне, и старики, и дети, и вообще случайные люди, все, кто подвернется под руку.

Одна из моих последних книг называется "Докажите ценность любви!". Мне бы такая фраза, наверное, и в голову никогда не пришла, я ее просто услышал.

Как-то меня позвали в компанию молодежи, где за чайным столом время от времени обсуждались различные проблемы современности. Я был приглашен, когда обсуждалась ситуация в семье: причины множества разводов, ближайшие перспективы, более далекое будущее. Я сказал ребятам, что, возможно, на наших глазах распадаются не просто отдельные семьи, но и вообще семья как форма жизни. Со мной легко согласились. Дальше диалог был примерно такой:

— А что вас, собственно, пугает в распаде семьи?

Я ответил, что дело не в кризисе официальной формы — меня куда больше тревожит утрата очень дорогих человеческих отношений. Дружбы, любви, привязанности, взаимной заботы. Тревожит, что в жизненные планы многих моих знакомых молодых людей любовь вообще не входит. Образование, приличный уровень жизни, семья, дети — это да. А любовь — нет. Тут уж как выпадет. Вроде лотереи.

Одна из девушек возразила:

— Ну и что? Да, любовь значит для нас все меньше. Но ведь мы отказываемся от нее не просто так, а во имя других ценностей. Свобода, материальная независимость, творчество, познание жизни, секс, наконец.

Я ответил:

— Но ведь все это, вместе взятое, все-таки не любовь.

Вот тут-то она и сказала:

— Ну и что? А докажите ценность любви!

Очень хорошо помню свое ощущение в тот момент, верней, целых два ощущения. Первое писательское: какая великолепная фраза! Второе человеческое: бог ты мой, до чего же мы докатились…

Эта девушка очень точно выразила в словах то, что и раньше, в общем-то, чувствовалось: на невидимой бирже человеческих отношений акции любви ощутимо упали.

Ты, конечно, прав — с автомобилем в постель не ляжешь, так что для женщин еще не все потеряно. Но когда перед молодым человеком встает выбор — девушка или автомобиль — он часто выбирает автомобиль, видимо, надеясь, что если будет автомобиль, то и девушка найдется. Сперва реальные ценности, а любовь потом. Но ведь это "потом" может и не наступить: та часть души, которой мы любим, атрофируется, как любой неработающий орган.

Если мужчины и женщины разучатся любить друг друга, вряд ли наша цивилизация устоит. А если и устоит — кому она будет нужна?

Начну, мой друг, с одного воспоминания. Я и сейчас еще чувствую жаркое пламя той моей юношеской любви. Это было в конце сороковых. Я был до смерти влюбленным подростком, а девочка, — конечно же, самой красивой на свете. Но она была не только самая красивая — ты бы посмотрел, как она прыгала в воду с пирса на пляже, где мы обычно проводили летние каникулы!

И конечно же, ей ничего не было известно о моей страсти. При встрече мы здоровались друг с другом, но это было все.