Шрифт:
Один сын распутный, другой из дому родительского убег, племянник говорит, что я его ограбил… Что же я, например? Как ты меня понимаешь?
Зоя.
Одна неблагодарность! Истинно, можно сказать…
Данила Григорьич.
Молчи! (К жене). Как по твоему?
Матрена Панкратьевна.
Что с тобой, батюшка?
Данила Григорьич.
Это я к тому, например, что все против меня пошли. (Матрена Панкратьевна плачет). Эти самые твои слезы с детей взыщутся, потому все это они…
Матрена Панкратьевна.
Батюшка, Данила Григорьич, послушай ты моего бабьего разуму: выгони ты из нашего дому это отродье проклятое, пущай хошь по миру ходят.
Зоя.
Вот тогда и узнают, что вы для них значили. Этакая неблагодарность, этакая черная неблагодарность! Господи, прости ты мое великое согрешение…
Данила Григорьич (к жене).
Это ты так точно! Конченое дело! Эй, кто там? (Показывается в дверях девушка). Этак будет вернее. (К Зое Евграфовне). Так ты лети сейчас, тут недалеко, (Жене). Дай ей два пятиалтынных на извозчика. Может, он там за вечерней. Лети, и чтобы он, например, сюда шел: мол, Данила Григорьич пристроить хочет, будет, мол, шляться… Чтобы беспременно.
Зоя.
Мигом я тебе это дело обработаю.
Данила Григорьич.
Старайся. Ты меня знаешь?
Зоя.
Если бы, кажется. (Махнув рукой)… Ну, да уж что говорить!.. (Утирает слезы).
Данила Григорьич.
Лукерью давай.
Матрена Панкратьевна.
Лушу?
Данила Григорьич.
Дело понятное! Живо!
Матрена Панкратьевна.
Пойдем, матушка. (Уходит).
ЯВЛЕНИЕ VI
ДАНИЛА ГРИГОРЬИЧ и ИВАН ПРОХОРОВ.
Данила Григорьич.
Конченое дело! Ежели теперича это дело так оставить… (В размышлении). Шабаш! Объявку сейчас, что, например, украл и скрывается. (Иван Прохоров входит). Ты мне, братец, здесь не нужен, на твое место я нашел другого.
Иван Прохоров.
Кажется, я ни в чем не причинен. Старался, кажется…
Данила Григорьич.
Я тебя на фабрику, там тебе место очистилось. И чтобы, например, как ты молодой человек, должен ты жениться. Первое дело – баловства меньше, а второе дело – будешь ты под главным приказчиком, значит, без этого тебе невозможно.
Иван Прохоров.
Вся ваша воля хозяйская, только жениться по нынешним временам…
Данила Григорьич.
Ну да, вот ты еще разговаривать будешь!
Иван Прохоров.
Я не к тому, а что боязно без привычки. В голове опять же этого не держал, все больше, главная причина, такую центру имеешь, как бы хозяину угодить, а на то, чтобы, например, что-нибудь… пустяки какие…
Данила Григорьич.
И как я теперича свою племянницу отдаю за тебя, значит, будешь ты мой сродственник, (Иван Прохоров кланяется в ноги) и, стало быть, должен все это ты понимать и, главное, чувствовать, что как ничтожный ты, можно сказать, человек. Христа ради, за материны слезы, я тебя взял и в люди вывел…
Иван Прохоров.
Оченно я это чувствую (кланяется в ноги).
Данила Григорьич.
По бедности твоей, тебе бы в солдатах быть, а я за тебя охотника нанял. (Иван Прохоров кланяется в ноги). Теперича как ты сейчас женишься, поедешь на фабрику, возьми с собой Егорку и чтобы строго с ним, чтобы не болтал лишнего.
Иван Прохоров.
Главная причина, не в руках он здесь; в руки ежели теперича взять его, он смирный будет.