Шрифт:
Данила Григорьич.
Это уже твое дело.
Иван Прохоров.
У меня он, Данила Григорьич, мягче пуху будет, вашей милости, известно, по вашим делам, некогда с ним заниматься, а у меня он взгляду бояться будет. Как, значит, все я его достоинства знаю и болтать ему невозможно, потому он у меня, первым долгом, будет в струне находиться.
Данила Григорьич.
А коли ежели что, я с тебя взыщу.
Иван Прохоров.
Будьте же покойны-с. Выправим… не таких учили… И ежели которые он пустяки говорил, больше не будет (молчание). Прикажите написать в деревню к матушке?
Данила Григорьич.
Об чем?
Иван Прохоров.
Так как ваша такая милость, насчет Лукерьи Пантелевны… Чтобы ей на старости лет…
Данила Григорьич.
Пиши.
Иван Прохоров.
А им теперича что я должен говорить?
Данила Григорьич.
Кому?
Иван Прохоров.
А Лукерье Пантелевне? Как есть теперича ваше приказание и как им будет угодно?
ЯВЛЕНИЕ VII
Те же, МАТРЕНА ПАНКРАТЬЕВНА и ЛУША.
Данила Григорьич.
Где брат-то?
Луша.
Я не знаю.
Данила Григорьич.
А кто ж знает? Ведь ему за его дела в остроге сидеть придется, я так полагаю.
Матрена Панкратьевна.
Эких бед натворил этот парень!
Данила Григорьич.
Ежели его теперича поймают…
Иван Прохоров.
Поймают – беда! Потому, без пачпорта по Москве ходит. По каким делам? По какому праву? (Молчание).
Данила Григорьич.
Что ж ты молчишь?
Луша.
Что ж мне говорить?
Данила Григорьич.
Родной брат тебе: должна бы, кажется, отвести его от худого.
Луша.
Я его худому не учила.
Данила Григорьич.
Не учила?! Кажется, пора понимать тебе, не маленькая, в каком ты есть положении. Сирот вас взяли, одевают, обувают… Собаку ежели кормят, и та благодарность чувствует, а то на поди!
Луша.
Я вам очень благодарна.
Данила Григорьич.
Разве в этом благодарность состоит, что по Москве бегать, да кляузы распущать?
Луша.
Я никогда не бегаю и никаких кляуз не распускаю.
Данила Григорьич.
Да я не про тебя и говорю.
Матрена Панкратьевна.
Про Егорку толкуют. Ты слушай, что говорят.
Луша.
Я за него не отвечаю.
Данила Григорьич.
А я должен за всех за вас отвечать. Ты вот теперича на возрасте, и, например, сирота круглая: кто об тебе подумает? Пристроить теперича надо: чье это дело?
Луша.
Об этом вы не беспокойтесь.
Данила Григорьич.
Должон беспокоиться, потому вы без меня по миру пойдете. Без меня ты бы, может, теперича на Кузнецком у портнихи у какой сидела, али бы…
Луша.
Дяденька!
Данила Григорьич.
Что, тетенька? А я об вас забочусь. Жениха тебе подыскал. Легко мне все это? Хорошо, что добрый человек нашелся, с рук моих взять тебя хочет.
Матрена Панкратьевна.
Да уж и пора.
Данила Григорьич.
Я полагаю отдать ее за Ивана Прохорова: ты как?
Матрена Панкратьевна.