Гарри подошел к стене-иллюминатору; Майкл, держа виски в руке, неохотно проследовал за ним.

Ощетинившаяся антеннами и сенсорами двухкилометровая игла соединяла ядро кометы с блоком «Европа». Ледяная глыба в сотню метров шириной, оторванная в незапамятные времена от одного из спутников Юпитера, была изрыта впадинами, точно ее оторвали чьи-то мощные гигантские пальцы. Компактный ВЕТ-двигатель прятался внутри блока. Лед «Европы» на обратном пути должен был служить рабочим телом двигателя.

Гарри запрокинул голову, разглядывая звезды.

— А где же Земля?

Майкл пожал плечами.

— Отсюда внутренняя область Солнечной системы выглядит тусклым пятнышком. Землю тебе удастся разглядеть только в телескоп.

— Далеко же ты забрался!

Волосы Гарри благодаря «Антистарости» лежали пышной светлой гривой. Глаза были ясными, как две голубые звезды. Лицо сохранило квадратные очертания — типичное лицо человека с сильным характером. Майкл был потрясен свежестью и молодостью нынешнего облика отца. Сам Майкл оставил собственное лицо, теперь шестидесятилетнее, неизменным, хотя оно обременяло его уже в те годы, когда «Антистарость» только появилась. Он машинально провел рукой по лысине, коснулся морщинистых щек. Черт побери, Гарри изменил даже цвет глаз и волос, который сам же передал Майклу.

Виртуал взглянул на пойло, которое Майкл держал в руке.

— Ты в своем амплуа, — произнес он вполне миролюбиво. — Почему бы тебе и мне не налить немного? Я серьезно. Ты можешь купить недорогую специальную выпивку для своих друзей-виртуалов.

— Не говори чепуху, — рассмеялся Майкл. — Это невозможно!

Глаза отца нахмурились.

— Невозможно? А знаешь ли ты, что я идентичен обычному человеку и сейчас все мои органы чувств нормально функционируют?

— Меня не проведешь! — хладнокровно отреагировал Майкл.

— Ну, — сказал Гарри, — я вижу, что ты действительно не понимаешь, о чем речь. К счастью, я подготовился к этому разговору. — Он щелкнул пальцами, и в его открытой ладони, колыхаясь, появился гигантский пузырь бренди. Майкл явственно ощутил его аромат. — Прекрасный бренди! И как же ты живешь в этом захолустье?

Неожиданный вопрос поставил Майкла в тупик.

— Могу рассказать, если тебе интересно, — ответил он уклончиво. — Видишь ли, я использую вещество кометы для получения пищи и воздуха. В нем очень много углеводородов и азота, так что я…

— Так что ты высокотехнологичный отшельник. Вроде этого корабля. Краб-отшельник, бродящий по окраинам Солнечной системы, так далеко от дома, что даже лишен возможности поговорить с нормальным живым человеком. Верно?

— По-своему ты прав. — Майкл попытался придать своему голосу оттенок самоуверенности. — Видишь ли, Гарри, это моя работа. Я изучаю кварковые скопления, наггеты…

Рот Гарри, помнившего лишь некоторые фрагменты из элементарного курса физики, приоткрылся; мгновение он смотрел сквозь собеседника в пустоту, затем произнес со слабой улыбкой:

— Да, кажется, понимаю…

Майкл пустился в объяснения:

— Наггеты похожи на очень-очень большие нуклоны…

— Хороший психиатр тебе б не повредил, — странно улыбнувшись, сказал Гарри.

Майкл продолжал сбивчиво объяснять суть дела, не обращая внимания на реплики отца.

— Нуклоны — протоны и нейтроны — состоят из комбинаций кварков. В сверхплотном веществе — в нейтронных звездах, а также во время Большого Взрыва могли сформироваться более сложные структуры — кварковые скопления, или наггеты, — монстры по сравнению с нуклонами. Масса наггета может достигать нескольких тонн, и его можно различить невооруженным глазом. Большинство наггетов, образовавшихся во время Большого Взрыва, распалось. Но некоторые сохранились.

— Так вот из-за чего ты сбежал в такую даль!

— Первые подтверждения существования наггетов во внутренней области Солнечной системы были получены при анализе данных по широким атмосферным ливням. Наггет, попадая в атмосферу, распадается и рождает каскад экзотических частиц, которые регистрируются приборами. Об этом ты, если захочешь, сможешь прочитать в учебниках. Я же исследую более сложную проблему. Именно из-за нее я забрался сюда. Черт побери, не больше сотни землян так далеки от Солнца, как я. И все находятся за много световых лет отсюда. Летят с околосветовыми скоростями в звездных кораблях типа «Качи». Бог знает где. Да, так вот, кварковый наггет служит мощным центром рассеяния высокоэнергичного анизотропного космического излучения. В принципе мои приборы могут зарегистрировать его, и — один против десяти — я смогу при помощи зонда вытащить такой наггет для исследований.

Уголки губ Гарри слегка вздернулись — гримаса, которая неприятно напомнила Майклу об ушедшем навсегда прежнем, восьмидесятилетнем, теле отца.

— Звучит здорово, — одобрил Гарри. — А зачем все это нужно?

— Это называется «фундаментальное исследование», — с ожесточением ответил Майкл. — То, чем занимаемся мы, люди, уже несколько тысячелетий кряду.

— Ты объясни мне популярнее, — мягко попросил Гарри.

— Кварковые наггеты содержат материю в экстремальном состоянии. Они могут двигаться со скоростью столь близкой к скорости света, что мои датчики засекут их почти в момент возникновения, даже если само событие произошло миллионы лет назад.