— Разумеется, нет. — Надо бы отступить, увеличить расстояние между ними, но она не шевелилась. И не собиралась. — По крайней мере не все.

Он перевел взгляд с ее глаз на губы и обратно.

— А вы совершенство, мисс Эффингтон? Она с трудом сглотнула.

— Боюсь, у меня слишком много изъянов.

— Каких? — Голос лорда Беркли обольщал и обволакивал.

— Изъянов? Я…

«Во-первых, меня влечет к вам. Вы мне совсем не подходите, вы наверняка втянете меня в скандал, а мне все равно. Я мечтаю о вас, что бы это ни значило».

— Я…

— Говорите же, мисс Эффингтон. — От его голоса, похожего на ласку, по спине Кэсси пробежали мурашки. Она глубоко вздохнула.

— А вы понимаете, насколько это неприлично?

— Что неприлично? — В его глазах отражался свет ближайшего фонаря.

— Стоять вот так близко ко мне.

— А я думал, это вы пожелали встать поближе.

— Кто-то из нас должен сделать шаг назад, — заявила Кэсси, но не шелохнулась.

— Да, кому-то придется. — И он застыл на месте.

— Не пытайтесь прибегнуть к вашим мужским уловкам, милорд. — Ей вдруг стало трудно дышать, будто они стояли не под открытым небом, а в душной комнате. — Уверяю, они не подействуют.

— Вы меня оскорбляете, мисс Эффингтон. Мы же друзья.

— И вы всегда стоите так близко к друзьям? — Кэсси едва сдерживала жгучее желание протянуть руку, коснуться его груди, ощутить ритм дыхания.

— При каждом удобном случае, мисс Эффингтон, — сбивчиво пробормотал он слишком низким и соблазнительным, совсем не дружеским тоном, — как только представляется шанс.

Или провести кончиками пальцев по его щеке, почувствовать тепло кожи…

— Вы пользуетесь своим преимуществом, милорд.

— Ума не приложу, в чем оно заключается.

Или скользнуть губами по его губам, чтобы их дыхание смешалось.

— И тем не менее пользуетесь им.

— Вот и хорошо.

— Хорошо?

Или обнять его обеими руками и отдаться объятиям.

— Порой бывает полезно ставить вас в невыгодное положение. Это верный способ заставить вас замолчать.

Кэсси раздраженно вздохнула.

— Вот еще один мой недостаток. Я невероятно болтлива…

— Да-да, знаю. А еще вы упрямы, своевольны и так далее — можно перечислять до бесконечности. — В его глазах засветилась решимость. — Черт побери, мисс Эффингтон… то есть Кассандра… в вас есть что-то такое, что терпеть этот фарс попросту невыносимо!

И он без предупреждения схватил ее в объятия, привлек к себе и завладел ее губами. Его губы были жадными, требовательными и на редкость деспотичными. Он словно ставил на нее свое клеймо. Крепко прижав Кэсси к себе, он склонил голову набок и продлил поцелуй. Его губы имели привкус шампанского и запретных, но притягательных плодов. У Кэсси ослабели колени, поджались пальцы ног в атласных туфельках. Но прерывать поцелуй она решительно не желала — как и думать о грозящих ей скандале и гибели.

Он отстранился и заглянул ей в глаза.

— Простите. — Помедлив минуту и.будто выиграв спор с самим собой, он решительно кивнул, разжал руки и отступил. — Это был верх неприличия.

Кэсси слегка пошатнулась, с трудом восстановила равновесие и перевела дыхание.

— Я не… конечно… но я не…

— Прошу прощения, мисс Эффингтон. — Реджи поправил манжеты. — Я жду пощечины.

— Пощечины? — Она едва держалась на ногах, еле дышала и могла думать лишь об одном — поцелует ли он ее еще раз, а если да, то когда, — а он ждал пощечины? Нет, он не в своем уме.

— Да. Вы же сами говорили: если я вас поцелую, мне грозит пощечина.

— Помню, но…

— Я настаиваю, — перебил он.

— Нет. — Кэсси спрятала руки за спину. — Не хочу.

— Придется.

Она покачала головой: — Спасибо за предложение, но я его не приму.

— Вы обещали ударить меня, и я считаю, что вы вправе это сделать.

— Я передумала.

— Мисс Эффингтон, речь о принципах. — В его голосе послышалась непреклонность. — Я вовсе не желаю, чтобы из-за меня вы поступались ими.

— Но я вам ничего не обещала! — вспыхнула она. — И ни в чем не клялась.

— Да, ни на Библии, ни на крови, но все-таки это было обещание.

— Это вышло случайно.

— Но все-таки вышло.

— Да, но я полагаю…

— Или вы пошутили?

— В тот момент я вполне могла…

— Если нет, тогда исполните обещание. Я оказал бы вам скверную услугу, если бы позволил…

Почти машинально Кэсси шлепнула его затянутой в перчатку ладонью по щеке, глухой звук удара прозвучал в ночной тиши неожиданно резко.