– Когда мы встретились, Максим уже не помнил мисс Райт. Так что эту пару разбила не я.

– Но если бы вас не было, они бы встретились снова и...

– И кто знает, чем бы все это обернулось? История не имеет сослагательного наклонения.

– А вы поднаторели в риторике, Эмма. Кстати, вас сильно беспокоит то, что ваш брак будет чудовищным мезальянсом?

– Нет. Меня это не беспокоит. А должно?

– Конечно, - расплылся ведущий в злорадной улыбке, но поймав взгляд Деймона, который не предвещал ничего хорошего, мгновенно исправился.
– Нет. Конечно же, нет. Что значит социальное неравенство, когда люди любят друг друга? А в искренности чувств этой молодой пары.

Послышались бурные аплодисменты, и ведущий снова начал расточать залу приторные улыбки. Деймон не смог сдержать брезгливой гримасы. Все-таки поход сюда был ошибкой. Он не подумал, каково будет Эмме. Выслушивать все эти завуалированные оскорбления и делать вид, что все чудесно. И если он сам едва сдерживается, то, как же чувствует себя она? Чтобы отвлечься от этих мыслей Деймон попытался рассмотреть зрителей. Волна раздражения накрыла его с новой силой. На лицах всех этих людей сияли азарт и восторг. Им доставлял удовольствие тот факт, что ток-шоу 'На грани' давно перешло эту самую грань.

– Дорогие зрители, это еще не все. Не переключайте канал. Свидетельские показания Максима Ветрова ставят под сомнение специалисты психоневрологической клиники 'Ней-линг'. Встречаем. Доктор Аманда Крофф и ее ассистент господин Бирс.

Женщина вплыла в студию одетая в белый медицинский халат и держа в руках мед-бокс. Сопровождающий ее мужчина был совершенно не похож на ассистента. Во-первых, он был настолько перекачен, что казалось любое неосторожное движение и его халат расползется по швам. А во-вторых, интеллектом его лицо обезображено не было. Скорее его можно было принять, нет, не за телохранителя, а за тупого, но исполнительного охранника.

– Доктор Крофф, мы благодарим вас за то, что вы согласились принять участие в нашей программе.

– Это было моим долгом, Эло, - пропела она, манерно растягивая гласные.

– В таком случае, утолите мое любопытство. Зачем вы принесли в студию мед-бокс и привели с собой ассистента?

– Ох, Эло, ну, вы же и сами могли бы догадаться. Я нахожусь здесь, в первую очередь, как врач. Но к моему величайшему сожалению я просто слабая женщина. И при всем своем желании не смогу справиться с сильным молодым мужчиной. А господин Бирс сможет. Он уже несколько лет работает в нашей клинике. Понимаете, наши пациенты довольно часто бывают гипервозбудимы и склонны к агрессии.

– Вы предполагаете, что здесь находится человек склонный...

– Да. Я предполагаю, что Максим Ветров склонен к аффективным состояниям, которые опасны, как для него, так и для всех окружающих.

– А как вы оцениваете его способность адекватно воспринимать окружающую действительность и, в частности, давать показания в суде.

– Крайне низко. И результаты проведенных тестов это подтвердили.

– Я не проходил обследований в 'Ней-линг', - спокойно поправил женщину Дей.

– Нет, проходили, - снисходительно ответила доктор Крофф.
– Просто, вы не помните этого. Что подтверждает, уже сказанное мной. Так же господин Ветров неоднократно проявлял агрессию. И наотрез отказался от лечения. Предполагаю, под влиянием мисс Росс. Но это мое личное мнение.

– Но, если господин Ветров опасен для общества, почему его до сих пор не госпитализировали?

– К сожалению, мы не имели права. 'Ней-линг' - частная клиника. И поместить в нее пациента можно только с его согласия, или с согласия официального опекуна. А как я уже говорила, Максим Ветров отказался от лечения. Что, на мой взгляд, было неразумно. Но самое ужасное в данной ситуации, это бездействие властей.

– Что вы имеете в виду?
– делано удивился ведущий.

– Господина Ветрова признали вменяемым, тогда, как его поведение ставит под угрозу нашу с вами безопасность. У него случаются панические атаки. В его недоверчивости к врачам любому психиатру должны быть заметны признаки параноядального расстройства личности. Он заперся в туалете, стоило только мне упомянуть о некоторых медицинских процедурах, которые ему необходимы. К тому же, я об этом уже говорила, Максим Ветров агрессивен и проявлял сопротивление при аресте.

– А полиция готова подтвердить ваши данные, доктор Крофф?
– раздался тихий голос Ильи Корсакова, который быстрым шагом пересек зрительный зал, а потом студию и сел в одно из свободных мест.
– Прошу прощения за опоздание.

– Господин Корсаков, - представитель службы безопасности Южного округа, - кислым тоном представил его ведущий.

– Доктор Крофф, первое предупреждение. Вы не имеете права разбрасываться такими обвинениями. Если вы позволите себе это еще раз, то будете привлечены к уголовной ответственности за клевету. Считаю своим долгом прояснить ситуацию. Служба безопасности Южного округа никогда не имела предписания на арест Максима Ветрова и Эммы Росс. Эти люди разыскивались нами, как свидетели преступления. Ими не оказывалось полиции никакого сопротивления.