его сквозь тени, которые играли на стенах и шторах в комнате. Его брови были сведены

вместе, а губы вытянулись в жесткую линию, и пока он выглядел так, будто хотел придушить

меня, я так же видел сочувствие и беспокойство, отраженное на его лице.

– Первое, о чем ты спросил меня, – что я делаю вместе с тобой? – переплетая наши

пальцы вместе, Эйс глубоко вдохнул, и когда он выдохнул, создавалось ощущение, будто это

первый полноценный вдох, после его последнего прикосновения ко мне. А затем он

прошептал. – Я живу.

Я чувствовал, как слезы наворачивались на мои глаза, и когда закрыл их, чтобы

сдержаться, я услышал, как он сказал:

– Посмотри на меня, Дилан.

И когда я сморгнул и сосредоточился снова на нем, меня шокировало то, что его

собственные глаза блестели.

– Вторым было – почему. Почему я с тобой… – когда голос Эйса затих, он поднес

свою вторую руку к моей щеке и спросил. – А где еще мне быть?

Мой рот приоткрылся, но до того как я смог вымолвить хоть слово, он налетел на меня

и захватил мои припухшие губы в поцелуй, который был настолько нежным и полным

обещания, что я положил свои ладони на его грудь для устойчивости, когда я покачнулся.

Когда он уперся своим лбом в мой, он произнес в мои губы:

– Я люблю тебя. Там где ты, там хочу быть и я, и я понял это, пока обходил весь

периметр этого дома три часа подряд. Не имело значения, что ты был здесь наверху, а я –

внизу. Ты выбрал остаться здесь, даже несмотря на то, что тебе было нужно пространство.

Это значит для меня все.

Я был таким идиотом. Но вместо того, чтобы сказать это, я наклонился и поцеловал

его снова. Передавая без слов, что я чувствовал то же самое и сожалел за слова, сказанные

мной внизу, когда злость и досада взяли верх надо мной.

Я потерялся в этом поцелуе, когда мы воссоединились здесь, в интимном объятии

ночи, но когда я подумал, что он опустит меня на постель и притянет к своему телу, чтобы

уснуть после этого ужасного вечера, Эйс снова поступил неожиданно. Он отстранился от

меня и тихо сказал:

– Я не хочу, чтобы ты больше волновался. Я уже позвонил Логану, чтобы мы могли

сесть и обсудить, какие законные права мы оба имеем в данной ситуации и …

Я с облегчением услышал, что мы сможем поговорить с адвокатом по поводу всей

этой ситуации с Брендой, но кое–что еще происходило здесь. Я наклонил голову в бок и

всмотрелся в кривую ухмылку, которая изогнула губы Эйса.

– И? – наконец, спросил я, давая ему понять, что я более чем настроен продолжить

разговор дальше.

Когда он кивнул и сделал еще один глубокий вдох, он сказал:

– Я позвонил Роджеру и Мартине, и сказал им, чтобы Карли Уайлд позвонила и

назначила интервью, которое ей было необходимо.

Когда мой рот распахнулся, Эйс приложил указательный палец к моему подбородку,

чтобы помочь мне закрыть его.

– Почему тебя это так шокировало, Мечта? Я подумал, что пришло время «Эйсу и его

команде» подать немного голоса о новом, таинственном мужчине в моей личной жизни. Ты

так не считаешь?

– Но…но…я знаю, как сильно ты не хотел…

– Я изменил свое мнение, – ответил он с огромной ухмылкой, от которой я засмеялся.

– Просто так?

– Просто. Так, – сказал Эйс, и выделил каждое слово поцелуем, перед тем как взять

мою руку и повести меня к двери спальни. – Пойдем…нам нужно сделать несколько

телефонных звонков и назначить несколько встреч, а затем мы оба поднимемся сюда и уснем

в нашей спальне.

Пока мы спускались вниз, я не мог сдержаться и задавался вопросом, о магии, которая

была в Эйсе, потому что даже в худшие времена у него была врожденная способность делать

так, будто все будет хорошо.

Глава 28.

_____________________

Время для безумства.

– Мистер Локк?

Нерешительный женский голос последовал за двумя легкими ударами в дверь

гримерки, в которую мы с Эйсом вошли около дести минут назад. Он только закончил со

своим гримом и оделся в приталенный пиджак от Armani, который соответствовал его