Итак, операция «Найти и уничтожить» началась. Я сидел за пультом пилота, Карен считала курс, основываясь на показаниях наших сенсоров, когда мы гнались за кораблём противника, и на записях приборов слежения, зафиксировавших истребители противника. Кстати, ещё одним свидетельством того, что базовая система где-то неподалёку, было то, что истребитель — это всё же, как ни крути, корабль ближнего радиуса действия. Может, конечно, пилоты Кочевников и почитали за удовольствие прожить в кокпите всю свою жизнь, но, помимо желания, надо ещё иметь больший запас топлива и боеприпасов. Так что, несмотря ни на что — база была недалеко. И, будь у меня такая возможность, я бы послал Кочевникам весточку — готовьтесь, мол, «иду на Вы».

Но, никакого геройства сейчас от нас не требовалось — нам надо было тихо отыскать их систему, тихо посмотреть что там, почём и зачем, и так же тихо навести на их систему Флот.

Я поставил корабль на курс, которым шёл транспортник, разогнал его до той же скорости, после чего обратился к Карен:

– Ну, радость моя, что мы имеем?

– Значит так, командир, у меня методом исключения есть две системы: одна на расстоянии шесть парсек, и одна на расстоянии восемь парсек. Выбирай.

Я задумался. Собственно, истребители могли прибыть из обеих систем, ресурс машин и пилотов им это позволял. Я и сам нередко совершал прыжки на десять парсек, когда надо было сэкономить время. В принципе, конечно, мы могли проверить обе системы, но, конечно, хотелось бы попасть с первого прыжка туда, куда надо. Я думал три минуты — больше было нельзя, мы приближались к точке прыжка. Надо было или прыгать, или тормозиться, чтобы подумать ещё.

– Давай шесть парсек, — сказал я. — Если это не она — потом прыгнем ещё. Это удобнее, чем ускакать на восемь и понять, что ошибся.

– Принято, командир. Работаю.

Корабль разогнался уже почти до скорости прыжка. На дисплее передо мной высветилось «Корабль к прыжку готов». Карен доложила о вводе параметров прыжка, и я подтвердил со своего пульта прыжок. Звёзды на обзорном дисплее вытянулись в полосы света — и наступила чернота. «Невидимка» был в гиперпространстве.

Короткий прыжок через гиперпространство — мы даже не покидали рубки. Наш кораблик выскочил в нормальное пространство на границе системы-цели. Это не было ошибкой. Просто такой выход из гиперпространства рекомендуется в том случае, если ты не хочешь, чтобы противник засёк твоё появление. И нам это удалось. В саму систему мы входили, что называется, «на мягких кошачьих лапах», так что нас просто невозможно было засечь. Как только «Невидимка» проник в систему, сразу же были запущены его разведывательные комплексы, предназначенные для того, чтобы обнаружить любые инженерные сооружения Кочевников. В ход пошли разведывательные дроны и пассивные сенсоры нашего корабля. Так как моя смена закончилась, мы с Карен отправились в мою каюту. Единственное, на что нам хватило сил — это лечь спать. Когда я проснулся, было время вахты Сапара и Анжелы. Так как некоторые отношения между ними всё же наблюдались, я бы ничуть не удивился, застав их на мостике в объятиях друг друга. Мне так поступать очень сильно не хотелось, и поэтому я, одеваясь, вызывал мостик по интеркому:

– Говорит командир, — сказал я. — Доклад.

– Все системы корабля работают нормально, — ответил Сапар. — Было выявлено несколько объектов, принадлежащих Кочевникам. Сканирование системы завершено на двадцать пять процентов.

– Принято, — ответил я. — Сейчас я приду.

– Принято, командир, — Сапар отключился.

– Как думаешь, он про нас знает? — обратился он к Анжеле, которая сидела у него на коленях, застёгивая китель.

– Думаю да, — ответила девушка. — Иначе он не стал бы разговаривать по интеркому, а ворвался бы сюда. А так — он предупредил нас о том, что скоро придёт…

– Всё-таки, молодец он у нас…

– Ага.

Тем временем я поцеловал Карен в губы, отскоблил лицо, расправил волосы, которые после сна у меня торчали, как у Медузы Горгоны и быстро прошёл на мостик. Как я и ожидал, всё было в порядке. Сапар восседал в кресле первого пилота, Анжела сидела за пультом навигатора. Я занял капитанское кресло.

– Результаты разведки на дисплей, — приказал я компьютеру.

– Принято, командир, — ответил он.

На экране передо мной высветилось всё, что комплексы дальней разведки «Невидимки» успели разведать за время моего отдыха. И сказать я мог только одно…

– Это — та самая система, — пародируя героя одной компьютерной игры, некогда популярной на Земле, с придыханием, сказал я.

– Не понял, командир, — переспросил Сапар, поворачиваясь ко мне.

– Прибыли, говорю, — ответил я. — И именно, куда надо.

Кораблю удалось засечь местные орбитальные верфи, системы обороны и спутники раннего предупреждения, а также очень и очень развитую инфраструктуру. И это — несмотря на то, что система была разведана всего на двадцать пять процентов.

– Значит так, — сказал я. — Продолжаем разведку. Как только узнаем больше — будем решать, что и как со всем этим делать…

– Принято, командир, — ответил Сапар.

Я вернулся в каюту и лёг рядом с Карен. Лёг — потому что места в каютах и на всём корабле было всё же маловато…

– Что скажешь мне хорошего, дорогой, — сказала девушка.

– Итак, мы прибыли как раз туда, куда и собирались. Мы нашли их базовую систему.

– Почему ты уверен, что она базовая?

– А тут такая система обороны, что, если пригнать сюда весь наш флот, то врага мы разгромим, конечно, но потери будут, мама не горюй…