Шрифт:
– Царапина…
Фили переводил дыхание, сидя на каком-то попавшем под руку ящике. Вид у него был усталый, но довольный, хотя борода и усы в темных пятнах крови.
– Нет… это от злости кровь носом пошла.
Торин поворошил его светлые волосы. Глянул в небо, усыпанное звездами. До рассвета ещё долго. А воины едва на ногах стоят.
– Торин…
Он подошел и опустился на колено перед Фалюминой, лишь сейчас заметив, что её платье разорвано и на боку пропитано кровью. Ужас плеснул кипятком, затопив рассудок.
– Не бойся…
Он не смог ответить на это утешение, горло сдавили слезы. Далекий крик разорвал пелену ужаса, заставив вскинуться навстречу новой битве.
– Люблю тебя, – в ушах зазвучал сладкий голос. И Торин ринулся в бой, очертя голову.
Эльфы ударили с тыла, неожиданно и мощно, внеся в ряды исчадий тьмы разор и опустошение. Орки метались, отчаянно вопя и визжа от ужаса, но не было спасения от воинов. Эльфы разили мечами и топтали копытами своих коней, продвигаясь вперед, сметая орочьи полчища, словно серебряный смертоносный ураган. И когда орки, наконец, сгруппировались и повернулись к новому врагу, врата Города распахнулись и на них ударило объединенное войско гномов и людей, которое вел синеглазый воитель. Яростный клич разорвал воздух, смешиваясь с воем ужаса, который подняли орки:
– Du Bek^ar! Ifrid^i bek^ar!
То была уже не битва, а истребление. И среди гор тел, на исходе ночи столкнулись Черный Орк, повелитель всех орков, и пьяный от ярости воин с сапфировыми глазами. И замерли уцелевшие в битве орки и воины людей и эльфов, глядя на этот бой. Мечи ударялись друг о друга, высекая искры, противники не просили и не давали пощады. Оба бойца были искусны в битве и не знали страха, но одного вела похоть и ненависть, а другого- любовь, пылавшая сейчас в его сердце ярче любого солнца. И хотя Черный Орк был выше и крупнее гнома почти вдвое, все же меч короля нашел его черное сердце. Измученный и усталый, с сочащимися кровью многочисленными ранами, стоял Торин над мертвым чудовищем, поставив ногу на его подрагивающее в конвульсиях тело и глядя, как бойцы людей и эльфов расправляются с уцелевшими орками. На востоке занималась заря. И Торин знал, что новый день принесет только жизнь. Он повернулся и пошел к воротам города, а оттуда ему навстречу вначале медленно двинулась, а потом побежала маленькая девичья фигурка.
К оружию!Оружие к бою! (кхуздул)
====== Часть 30 ======
Кили смотрел, как обнимаются Торин и Фалюмина, сердце его тяжело бухало о ребра. Значит, все же сбылось! Сердце Горы исполнило его желание!
– Я так понял, у меня будет новая тетушка?
Торин сверкнул на него синими глазами.
– Не злись, милый дядюшка, – Кили взял маленькую ручку Фал в свою залитую кровью руку и поцеловал. –У тебя будет хорошая жена, а у гномов- прекрасная королева…
Он поднял голову, бесстрашно заглянув в синие глаза короля.
– В твоих силах подарить кусочек счастья и мне.
Торин от удивления даже не нашелся, что сказать. Лицо его начало наливаться кровью.
– Нет-нет, дядя, это вовсе не то, о чем ты мог подумать, – Кили слабо усмехнулся. –Я лишь прошу тебя… теперь ведь ты женишься на Фал… так дай свободу другой женщине!
– Можешь свернуть мне рожу набок, – продолжал изгаляться Кили, все больше вгоняя недоумевающего Торина в состояние коматоза. –И натянуть глаз на то место, где обычно не светит солнце…
– Я хочу, чтобы ты отпустил Дарфейн, – выпалил принц, зажмурившись и втянув голову в плечи.
– Да я и так отпустил, – сходу ляпнул Торин и тут же едва не сел, пораженно глядя на племянника. –ЧТОООООООО????
– Я не смел даже посмотреть на неё, пока она была твоей наложницей, – сказал Кили обреченно. –Но теперь, когда у тебя есть Фал… отпусти её, Торин!
– юноша внезапно замер, словно не веря тому, что только что услышал.