Шрифт:
– Есть любовь братская, и любовь мужчины и женщины, – Фили перехватил эстафету у брата, его рука зарылась в густые волосы девушки, отгибая нежную шейку. Фалюмина затрепетала, когда он провел языком по гладкой чувствительной коже.
Ладонь старшего принца мазнула по животику девушки, накрывая шелковистый темный треугольничек у основания бедер. Фалюмина облизала губы, накрыв его ручищу своей маленькой ладошкой.
Старший принц пощекотал её кончиком языка по округлому ушку.
– Да… это называется братская любовь…
– Жаль…что я не Кили…-Фалюмина хрипло вздохнула, прикусив губу. –Я бы хотела…
Мысли упорхнули куда-то совсем в другую сторону. Губы Фили накрыли её рот, Кили творил невесть что с её грудью и его рука нежно поглаживала её бедро. Братья осторожно уложили девушку, прижав её между своими телами. Только сейчас её тело пылало не меньше, чем их.
Фили перевернулся на спину, так, что Фалюмина оказалась лежащей на нем. Кили через плечо девушки улыбнулся брату. Фал стонала, задыхаясь, царапая грудь старшего принца, словно бабочка на иглу, насаженная на его крупный стержень, чувству, как сзади проникает другой, не менее крупный. Но, как ни странно, наслаждение было намного острее от этого двойного контакта. Такое острое и сильное, что Фалюмина заплакала, дрожа, упираясь затылком в грудь Кили и вонзая острые коготки в грудь Фили. Принцы старались не навредить столь нежданно свалившемуся на них сокровищу. Их ласки были грубоватыми и страстными, но не жестокими. Фалюмина всхлипывала, взвизгивала, хныкала, задыхаясь от этого безумного ощущения в себе двух сильных молодых мужчин. Первым кончил Кили, глухо зарычав и прикусив её тонкую шейку. Почти сразу за ним Фили выгнулся, едва не сбросив с себя оба тела, дрожа, рыча словно молодой лев, впервые познавший самку. Фалюмина обессиленно распростерлась между их горячими, мокрыми от пота телами, чувствуя себя выжатой и опустошенной.
В дверь громко постучали. Подобравшийся Фили сел, набросив покрывало на брата и девушку, а вторым обмотав бедра. Открыв дверь, он застыл на пороге, едва подавив желание юркнуть обратно в комнату. Разгневанный Торин мог бы напугать и барлога, а сейчас дядюшка был именно разгневан. Причем до такой степени, что глаза его, обычно синие и грустные, полыхали алым.
Фили молча посторонился, пропуская своего короля.
====== Часть 6 ======
* Нечто странное весьма вышло с этим фиком. История пошла так, как пожелали персонажи, но думаю, секс ещё будет* Фалюмина с любопытством и восхищением рассматривала короля гномов, но в ответ получила лишь холодный и жесткий взгляд.
Фалюмина поднялась, одетая лишь в пышные волны своих волос. Подошла к Торину, который отступил, глядя на неё с каким-то странным чувством, в котором более разбиравшийся в физиогномике спец опознал бы брезгливость.
– Стой, где стоишь, – рявкнул король, морщась, словно к его лицу поднесли кусок падали. –Орочье отродье!
Фалюмина вздрогнула, отступив на шаг, решительно не понимая, чем провинилась. Она попробовала было улыбнуться Торину, но его ответный взгляд обжег ненавистью и отвращением, и под ним улыбка девушки угасла. Она беспомощно взглянула на братьев, которые, кажется, не стремились вступаться за свою гостью.
Стараясь не смотреть на девушку, оба принца потупили взоры. Фалюмина подошла к камину, сев и набросив на плечи покрывало. Так холодно и одиноко ей не было даже в холодные ночи в роще после смерти отца. Она подняла голову, глядя в синие злые глаза короля, который торопливо сдирал наруч. Полыхнуло синим.
– Тогда объясни это, – прошипел Торин, показывая сверкающий браслет. –Он начал светиться и жечь за десять шагов до двери. Не зря Двалину показалось странным…
– Это правда, дядя, – поддержал Фили, – она совсем на орка непохожа! В ней нет злобы и жестокости, наоборот, я бы сказал, что она слишком добра…в некоторых вопросах.