– А я тебе свое.

Мортарион сжал Коготь, и перчатка Повелителя Смерти растворилась на фоне массивного молниевого оружия.

– Он будет схвачен и убит.

Если эти слова и доставили удовольствие магистру войны, то он не подал виду. Гор просто кивнул. Это был лишь незначительный жест, знак того, что еще одна задача выполнена и еще одно препятствие на пути к Трону убрано.

– Сообщи мне, когда закончишь, – сказал он, разжав перчатку Мортариона и опустив Коготь. Над примархами кружили ледяные ветра Призрака. – Все, что мне нужно – это известие. Затем начнется последнее наступление, и его возглавим мы с тобой.

Дрожащая Илья Раваллион опустилась на корточки и, прижавшись спиной к стене, скрестила руки. На Эревайле было холодно. Ей следовало надеть скафандр, а не просто свою старую униформу. Но с недавних пор для нее стало важным носить прежние цвета. Когда-то ни они, ни эмблемы ни не имели для нее значения. Теперь все изменилось.

Старая униформа больше не сидела на Илье как следует. Она осталась прежней, чего нельзя было сказать о постаревшей женщине. Возраст был жестокой штукой, отнимая у генерала те самые способности, которые сделали ее полезной. Она гадала, замечали ли в Легионе, что она сдает. Если и так, то они никогда не говорили об этом, хотя, как ей думалось, стали более заботливыми.

Женщина закрыла глаза и попыталась остановить дрожь. Издалека доносились разрывы артиллерийских снарядов, отмечая неуклонное продвижение северного фронта. Солдаты III Легиона на Эревайле были из самых худших, что они встречали, но продолжали сражаться. Даже уступая в численности и застигнутые врасплох, они сопротивлялись со всем тем невероятным упорством, которым обладал каждый космодесантник.

Возможно, это было самое отвратительное в них. Она понимала, что даже те, кто ее защищал, вызывали у нее такое же чувство. Воин Легиона был машиной для убийства, лишенной страха и жалости к себе. Оказавшись в безвыходной ситуации, которая сломила бы дух любого невозвышенного, они просто продолжали сражаться, используя все имеющиеся в их распоряжении почти бесконечные ресурсы со всей свойственной им хитростью и находчивостью. Чтобы покончить с ними, необходимо было физически вырвать им глотки. А чтобы расправиться с одним из уродов Фулгрима, часто требовалось и большее.

И они гордились этим. Она слышала, как в братствах говорили друг другу одно и то же, снова и снова.

Мы не сдаемся. Мы – преданные. Мы держим клятвы.

Когда она была усталой и измученной, а такое случалось часто, эти слова вызывали у нее желание кричать на воинов орду:

– Это вам не поможет! Если бы у вас было хоть чуточку воображения, то вы бы сбежали.

Она ни разу не сделала этого. А воины Легиона так и не изменились. Оставались как обычно неукротимыми, хотя стали меньше улыбаться. Но усталость брала свое, и они продолжали повторять старые, призывающие удачу обряды. Возможно, в надежде, что благодаря ним, в непредвиденном будущем им больше не придется притворяться, а может быть, им ничего другого не оставалось.

Закрыв глаза и погрузившись в эти мысли, Илья не сразу поняла, что не одна в комнате. Даже Есугэй, который был способен на многое, не мог двигаться бесшумно в доспехе. Ну и был еще запах – многолетний аромат ладана, въевшийся в керамит.

– Как дела? – спросила Илья, не открывая глаз.

Она почувствовала, как грозовой пророк подошел и остановился над ней. Она ощущала его беспокойство, и это раздражало ее.

– Город падет в течение часа, – сказал он. – Другие также зачищаются.

Илья кивнула. Еще одна битва закончилась. По крайней мере, эту они выиграли.

– Они знали о нас?

– Нет.

– А данные о Вратах?

– Пока нет.

Вздохнув, Илья, наконец, открыла глаза.

Перед ней стоял грозовой пророк Таргутай Есугэй. Он снял шлем, обнажив обветренное и полное тревоги лицо. Пятна старой крови на пластинчатом доспехе скрывали висевшие на нем многочисленные амулеты, которые были много большим, чем просто безделушками. Илья видела, что задын арга делал с их помощью.

– Ты нашла, что искала? – спросил он осторожно.

Она боялась этого вопроса. Ведь это была ее инициатива. В конце концов, ей удалось убедить Кагана, и пятая часть всех сил Легиона была направлена на это задание. Организованы семь рейдов на конвои, подготовив тем самым почву для главного удара по базе Калия. И все ради вторжения на Эревайл.