Ньют неожиданно повернулся корпусом ко мне и пристально посмотрел мне в глаза. Я посмотрела в ответ и уже не смогла отвести взгляд. Мне было больно и неприятно признавать своё вранье, но перед этими двумя я привыкла честно раскрывать душу.

— Да.

— И молчала?

— Прости, Ньют.

Блондин продолжал всматриваться в меня, блуждая по лицу расстроенным взглядом. С каждым моим словом его глаза наливались непонятной грустью, тоской.

Разочарованностью.

Чёрт возьми!

— Почему, Ками?

— Я хотела… хотела рассказать честно. Но я не думала, что ПОРОК сделает исподтишка такую подлянку. Я хотела убежать в Правую Руку с вами, сразу после Первой фазы хотела отгородить именно тебя от восприятия радиоактивного и пропитанного заразой воздуха на твою иммунную систему. Но всё пошло не так, Томас резко разрушил все мои планы, переводясь к Правым, и у меня потерялась с ним связь два дня назад. Теперь я не знаю, что делать, потому что сбылись мои худшие представления.

Слёзы лились градом, я выпалила всё, что гложило меня уже не первое время. Вытерев слёзы, я отвела взгляд на железную поверхность стола: мне было страшно поднимать глаза на разочарованных во мне парней. С моими возможностями и связами я могла вытащить их ещё раньше, но как всегда оставила всё на самотёк! Безвольная эгоистка.

Минхо и Ньют придвинулись ближе, внимательно вслушиваясь в моё сопливое бормотание. Брюнет, перегнувшись через стол, вытер большим пальцем большую слезу и встал, направившись к раковине, чтобы наполнить чугунный чайник холодной водой. Я благодарно посмотрела на брюнета и опустила глаза в пол.

— Кончай реветь и давай по делу: Правая Рука? Это ещё что?

— Организация, противостоящая ПОРОКу, она спасает детей и приводит их в безопасность.

— Кто такой Томас? И какие у тебя с ним, млять, связи?

Возмущенный голос Ньюта прозвенел у меня прямо над ухом. За своей жалостью и самобичеванием, я не заметила, как мой парень начал ревновать. Минхо поднял бровь и сверкнул на меня разозлённой смолой, прекратив все свои действия.

— Да, ты не так проста, как кажется, цыпа.

Я кинула мимолётный взгляд на Минхо, повернулась к Ньюту, который забил на свои проблемы и пытался решить чужие.

— Это мой друг, он был основным поставщиком информации. У нас с ним… ментальная связь.

Парни продолжали смотреть на меня, вперившись возмущённым взглядом в моё лицо.

— Всё дело в чипе. У меня чип настроен на телепатию с сотрудником ПОРОКа, именно с Томасом, потому что именно он помог мне добиться попадания в Глэйд.

— Так ты попала к нам неспроста?

Минхо поставил чайник, паралельно ища три глубоких кружки. Обнажённая спина бегуна притягивала взгляд своей рельефностью и свежестью, но я опустила глаза в пол и продолжила, несмотря на дрожь в коленах.

— Нет, помните я говорила вам про договор с Пэйдж? После него я стала завершающим этапом Первой фазы, которая должна была подтолкнуть вас к нахождению выхода. Помните, что именно после меня перестали присылать новичков и постепенно пожитки стали всё меньше и меньше привозить? Поэтому Алби и психовал, потому что всё помнил и знал, что спокойной жизни был конец.

Оба парня одновременно повернулись ко мне с ошарашенными лицами. Ньют неверующе смотрел, не понимая как его лучший друг все знал и скрывал. Да и ещё так естественно.

— Алби всё помнил?

— Я даже больше скажу, он был вербован. Тренирован болью на то, что там вам будет плохо и лучше остаться в безопасных стенах Глэйда. При любом упоминании, он выходил из себя, потому что свежо было воспоминание, внедрённое болью в его сознание, что мир снаружи плох.

Чайник закипел, оповещая громким свистом. Минхо выключил конфорку, разлил чай по кружкам и преподнёс нам.

— А договор-то про что?

— А тебе обязательно знать?

Минхо резко опустил кружку на стол, на что там неприятно зашипела. Я подняла глаза на ни с того ни с сего взбесившегося парня.

— Стебёшься?

Я улыбнулась.

— Спрашиваю.

— Ками, тебе задали вопрос: что за договор?

Ньют не притронулся к чаю и сидел над газетой, вперив локти в стол. В его глазах играла непонятная ярость, он сжал кулаки и повозил челюстью. Я успокоилась и продолжила смотреть на чай, на поверхности которого отражалась яркосветящаяся лампочка без плафона над нашими головами. Сидим, как в бункере.

Ах, ну да.

— Изначально я не числилась в списках проходивших на испытание людей, но после меня внесли как испытуемую. Я просто поговорила с Пэйдж и мне разрешили.