– Вы его не знаете, не так ли? – спросил Флеминг.

– Нет.

– Никто не признается в том, что знал его.

– Вообще никто?

– Вообще никто. Вы будто бы очень удивились, что никто этого не признает, мистер Маколей.

– Вовсе нет, – коротко ответил Роберт. Он был удивлен и ругал себя за то, что хоть как-то показал это.

– В таком случае я прошу прощения, – ровно сказал детектив. – Как я уже говорил, я не могу получить сведения о связи между этим Лоуренсом и кем-то в деревне. Но я полагаю, что рано или поздно получу их. Думаю, мистер Маколей, вы хорошо знаете мисс Мандулян.

– Достаточно.

– Она говорит мне, что в субботу утром разорвала свою помолвку с Перитоном, и я склонен сомневаться в том, что она на самом ли деле это сделала. У вас есть мысли по этому вопросу? У вас есть какая-то информация о том, действительно ли она порвала с ним, или же нет?

Роберт внимательно обдумал этот вопрос, прежде чем покачать головой и сказать:

– Нет, не могу сказать, что у меня имеется такая информация.

– Это может оказаться важным, – сказал Флеминг. – Предположим… заметьте, я не говорю, что это является верным предположением или верю я в это или нет, но в любом случае существует возможность, и мы должны принимать возможности во внимание. Предположим, мы допускаем, что Перитон был общеизвестным поклонником этой девушки, что в скором времени они должны были пожениться. Вполне возможно, что кто-то мог убить его либо из любви к этой леди, либо из любви к миллионам ее отца, которые, как убийца мог полагать, он имеет хорошую возможность заполучить, если Перитон выйдет из игры. Это весьма вероятный мотив для убийства и подводит под подозрение… несколько человек.

Флеминг пристально посмотрел на Роберта, который уверенно встретил его взгляд.

– А теперь предположим, – продолжил инспектор, – что в субботу утром помолвка была расторгнута – тогда не было особого смысла убивать Перитона в воскресенье вечером, если он уже был, так сказать, вне игры.

– Предположим, убийца не знал о том, что помолвка была расторгнута, – бросил Роберт.

– Предположим, конечно, – согласился Флеминг. – Вы знали об этом?

– Нет.

Детектив засмеялся.

– Во всяком случае, это честно, мистер Маколей. В таком случае в воскресенье у вас все еще мог быть очень хороший мотив для устранения Перитона.

– Безусловно. Как и у Холливелла. Как и у Адриана.

– Адриана? Вашего брата?

– О да. В отдельные моменты он колеблется между Дидо и Ирен Коллис. Адриан может атаковать любого, если его должным образом спровоцировать.

– Я слышал об этом. Что ж, мистер Маколей, вы относитесь к неприятному типу людей. Возможно, вы и не знаете больше, чем вы говорите, но определенно создается впечатление, что вы знаете. Просто позвольте мне дать вам небольшой совет. Не дайте мне поймать вас на вмешательстве в ход правосудия, или это плохо закончится. Вы понимаете?

– Вполне. Кстати, могу ли я увидеться с этим человеком, Лоуренсом? Потому что я не верю в то, что он виновен, и собираюсь предложить помощь с его защитой.

Флеминг задумался на секунду, а затем сказал:

– Хорошо. Я не возражаю против этого.

– Спасибо, – сказал Роберт, взял свою шляпу и вышел.

Флеминг вызвал Мэйтленда.

– Мэйтленд, позвоните начальнику тюрьмы и скажите ему, что мистер Маколей направляется туда, чтобы увидеться с Лоуренсом. Скажите ему: самое главное, чтобы пару минут во время их разговора Маколей считал, что его больше никто не слышит, и попросите начальника стенографировать то, что он скажет.

– Да, сэр.

– Мэйтленд, этот молодой человек – отъявленный лжец, до мозга костей.

Лоуренс встретил посетителя без интереса или недовольства. Казалось, ему было все равно, пришел Роберт или не пришел. Надзиратель остался на посту у двери камеры.

– Я должен объяснить причину своего визита, – сказал Роберт. – Я считаю, что могу помочь вам в покрытии расходов, очень крупных расходов на вашу защиту.

– Что вы получите взамен?

– Удовлетворение от помощи невиновному человеку.

– Офицер полиции, да? – Тон Лоуренса не оставил никаких сомнений по поводу того, как он оценил незаинтересованность Роберта.

– Называйте это так, если вам хочется, – невозмутимо сказал Роберт. – Вы можете не верить, но в стране еще осталась пара человек, которые заинтересованы в том, чтобы с невиновными людьми обращались справедливо.

Это была одна из самых длинных речей, которые Роберт поизносил за последнее время, и, повернувшись спиной к надзирателю, он закончил ее подмигиванием. Лоуренс, обращенный лицом к надзирателю, сразу понял его, но ничем не выдал того, что что-то видел.

– Если вы скажете мне, что вам нужно – конечно, я имею в виду деньги, – продолжил Роберт, – я буду только рад сделать то, что в моих силах. И, пожалуйста, поймите, что я не хочу ничего взамен.

Пока он говорил, он медленно вертел свой котелок в руках, пока Лоуренс не увидел подкладку, к которой был приклеен клочок бумаги с крупными печатными буквами: «СЕКРЕТ МАНДУЛЯНА».

Лоуренс прочел это, глазом не моргнув, и ответил:

– Мне нужны не деньги. Деньги не могут ни спасти невиновного человека, ни повесить виновного. Это сделает свидетельство. То, что мне нужно – это показания, мистер... мистер…