– Хотел тихо, тихо заехать посмотреть, что у тебя и ехать по своим делам. А застрял надолго. Д а и ещё приходится по этим визитам ездить. А у многих холодно - жаловался мне Иван Акимович .

Перед расставанием я набрался смелости и спросил у него - а почему вы мне поверили ? Д али возможность заработать себе, а потом уже Вам.

– Молодой, наглый, с горящими глазами, но чётко отвечающий на мои вопросы. Почему не попробовать?
– засмеялся Мальцев.

– А имение зачем?- я.

– А кто ты раньше был ? – видя мое смущение - правильно, никто. А сейчас ты среднепоместный д ворянин со своим имением. И это ещё не раз тебе пригодиться, поверь.

 - Ну, а сейчас почему помогаете? Я же понимаю, что без Вашей помощи, хорошо, если бы половину добился?
– пытаюсь понять мотивы олигарха и не могу.

– Понимаешь...это хорошо... Почему ...да сам не знаю... Интересно с тобой,.. всё у тебя не так – с последними словами сел в тё плую карету на полозьях и покатил в Дятьково, налаживать выпуск стекла для ламп и ёлочные игрушки .

Наконец все гости уехали, а я начал разбираться с кучей подарков оставленных мне Мальцевым. В основном из вещей было стекло, но было и несколько рулончиков качественной ткани, метров по восемь. Был мех на шубы и пару целых телячь их, хорошей выделки кусков кожи. Был ковёр и другой разной мелочи много . Из продуктов осталось 8 бутылок водки, пару бутылок коньяка (остальное выпили), много сала, масло, мука, крупы, по коробке чая и кофе. Мешок сахара и б очонок селё дки и солёной икры. И м ешочек сухарей, сильно развеселивший меня. Соль и многое другое, что нужное в хозяйстве. В общем изрядно. И д аже очень. Остались ещё у меня и три печи "недоделки" с трубами. Но за то с красивыми завитушками и украшениями. А так же две новых, но их продавать я их не буду. Старые печи можно. Пока зима куда-то их пристроить надо , пока в цене.

Сейчас я лежу, наконец-то, на своей кровати и пытаюсь распланировать почти шесть тысяч рублей. Злюсь на Добрынина, которому, на мой взгляд, ни за что, перепало 600 рублей. Но т ут это почти официальная такса десять процентов. Б ольше может быть, но не меньше. Злюсь на ...весь 19 век, в котором большую часть времени, мне приходиться решать чисто бытовые проблемы. Тут нет тут "Метро" или "Ашана" где можно пойти и купить почти что всё, что тебе необходимо. Приходится проявлять всю свою смекалку и вспоминать, где-что-когда видел или слышал. При этом приходится платить огромные деньги за их эксклюзивное изготовление. Злюсь на дворян, которы е тратят безумно деньги в балах и праздниках. Д аже сюда в Тулу везут французское вино, коньяки и мебель . Большинство из них не желает ничего делать. Злюсь на их расхлябанность и неточность, их воровство и хамство. З ато умудряются третировать мастеров и другое население. От того какой пример, они подают другим. Они в своей спеси обнаглели до край ности, особенно военные дворяне в средних чинах. С генералами я пока не сталкивался, да и желания ни какого не имею. У меня уже было пара недоразумений, но моя фамилия и имя, защищали меня, пока лучше бронежилета. Ох, не прост Иван Акимов ич, ох, и не прост. Но это пока я не нарвался на более родовитого или отморозка. Х отя я и стараюсь быть предельно осторожным. Достали попы, тянущие вс ё и вся на себя и лезущие везде со своими "советами". Зачастую сбивающие с нормальной жизни горожан и развития города. Нужны, конечно, но зачем их тут столько, я так и не понял. Мне тоже пришлось повесить пару икон у себя. Но я схитрил, купил с тарые 16 века и лампадку. Может когда и пригодится, антиквариат. Сам к ней подходил при необходимости, но в церковь по воскресеньям ино гда ходил. Как же тут без этого и так я как белая ворона.

 Глава -9.

Злись не злись, а пришлось на следующий день ехать к Добрынину. Пока нет людей от Мальцева, время терять не стану. Начинаю лазить по его особняку, составлять план здания и пугаю его жителей. Да, внутри ещё работы и работы Николаю Николаевичу по обустройству. И денег на отделку...энное количество мешок и маленькую тележку в придачу. Руки отогревал над Аргандовой лампой, после разметки расстояния метром, которую за мной таскал слуга. Раза четыре падал, сломал пару перьев. Были, конечно, уже и железные из-за границы, но стоили очень дорого. Пролил чернила, матюгнулся, сразу вспомнил про чернильные ручки и чернильницы-непроливайки, которыми довелось пользоваться в далёком детстве. Плохо, что не вспоминал раньше, а не когда у меня был Мальцев. А вспомнил только сейчас, когда падал и спотыкался в тёмных помещениях домищи. Дома уже составлял общий чертёж особняка, переделка выходила капитальная.

Последнее время донимал кашель. Надо с этим что-то делать.

– Николай Николаевич предлагаю сделать временную печь из железа, потом обложить её кирпичом. Выведем трубы в несколько комнат, где будет тепло. Остальное уже только летом и лучше договоритесь сразу с Иваном Акимовичем о покупке у него нормального стекла. С такой масштабной переделкой лучше делать всё сразу.

– А вы что скажите Василий Федосеевич?
– вздыхая, обратился к архитектору Федосееву Добрынин.

– Я с этим... совсем не знаком, поэтому ...сказать что-либо не могу - Федосеев.

– Жаль - Добрынин.
– Пусть будет так. Заказывайте, что Вам надо и мне бумаги, я сам оплачу.

Надо решать с моей оплатой сейчас, потом поздно будет. Знаю я этих чинуш. Не уверен, что и мастерам заплатит за работу.

– А нельзя ли мне получить участок в городе. За хлебным рынком в конце района Подьяческой улицы, около реки Упы. Тем более место там есть.

– А что Вы хотите там строить?
– глава.

– Чтобы строить свой дом по-новому, хочу попробовать построить гостиный двор.