— Ты воняешь, как дерьмо, — фыркнула Дарси, взвалив себе на спину кожаную сумку, полную оружия. Локи тащил укутанную в холщовую ткань и перевязанную верёвкой ведьму за трос, с особым удовольствием слушая, как её тело то и дело натыкалось на острые камни. Эта мерзость всё ещё была жива, просто находилась без сознания, а всё потому, что мэр Аугсбурга в угоду местному шерифу Беррингеру велел притащить ведьму в город, допросить, а после сжечь на центральной площади.

— Зато ты пахнешь миндалем в сахаре, — съязвил Локи в ответ, перехватив трос покрепче. Чтобы не стереть кожу ладоней, он предварительно надел перчатки и теперь слушал, как противно скрипела грубая ткань от соприкосновения с металлом.

До города оставалось не больше десяти минут ходьбы, когда вдруг раздалось тихое жужжание механизма, надетого на руку мужчины. Это изобретение, купленное несколько лет назад у одного торговца за очень большие деньги, сообщало Локи о том, что в самое ближайшее время ему было необходимо сделать себе укол во избежание приступа сахарной болезни.

— Не поможешь? — он остановился, кивнув в сторону ведьмы.

Дарси полезла в сумку за лекарством и, обнаружив его в потайном кармане, торопливо опустилась перед мужчиной на одно колено. Локи сухо рассмеялся, наблюдая за её манипуляциями. Он был прекрасно осведомлён о большой нелюбви Дарси к его уколам. Подумать только — девчонка жестоко расправлялась с ведьмами и боялась какой-то там иглы!

Она вскинула на него глаза, демонстрируя недовольство его глупыми насмешками в свой адрес, и дальнейшие слова застряли у Локи в горле. И вовсе не потому, что её грозный вид впечатлил его. Выглядело это всё крайне двусмысленно, особенно для изголодавшегося по женской ласке Локи, в чьей крови ещё бушевал адреналин, как это всегда бывало после хорошей драки. Её поза, горящий взгляд из-под опущенных ресниц, румянец, соблазнительная ложбинка между белых грудей, скрытых под блузой молочного цвета и кожаным корсетом…

Во рту мужчины пересохло, его бросило в жар, и было неясно, что послужило этому причиной — первые симптомы приступа или Дарси, стоявшая перед ним на коленях. Она с силой всадила металлическую иглу ему в бедро и ввела лекарство. Локи поморщился, и непристойные фантазии вмиг покинули его. Высвободив одну руку и помассировав бедро, он взглянул на ведьму, что все ещё неподвижно валялась на земле, а затем обернулся к Дарси.

— Хочешь, поменяемся? — она укладывала набор полных шприцов обратно в сумку, а Локи, несмотря на то, что его возбуждение спало так же внезапно, как и появилось, всё никак не мог выкинуть из головы грязные мысли о своей напарнице.

— Она тяжёлая. Стерва! — отозвался он, чувствуя, как лекарство начало действовать и дышать сразу стало значительно легче. — А на вид — одни кости да гниль.

Дарси хихикнула, выпрямившись. Её коса сильно поистрепалась, а на шее виднелись грязные разводы.

— Не забудь завести эту штуковину, дорогая. — Локи сверкнул зубами, тряхнув рукой, на которой крепился заветный механизм. Дарси закатила глаза и, приблизившись к напарнику, небрежно дёрнула его за руку, принявшись крутить головку завода. — Ты сегодня такая напористая, — усмехнулся мужчина, наблюдая за её недовольным выражением лица. — Взяла — и сломала нос шерифу. А затем ещё толкнула пылкую речь на площади.

— Да пошёл ты, умник! — она несильно шлёпнула его по лицу ладонью. — Ты только и можешь, что размахивать своей фаллического вида пушкой, а после напиваться в трактире. — Дарси выпустила его ладонь и собиралась уже вернуться к оставленной сумке, взвалить её себе на спину и продолжить путь, как Локи внезапно перехватил её руку, заставляя девушку обернуться и в удивлении воззриться на него.

— Голова не кружится? — он зубами стянул перчатку со свободной руки и провёл большим пальцем по рассечённой брови в месте, где запеклась кровь. Дарси болезненно поморщилась, но вырываться не стала. — Она сильно приложила тебя головой.

— Тебя тоже. Эй, — она отстранилась и помогла ему надеть перчатку обратно, — со мной всё в порядке, правда. Жду не дождусь, когда можно будет отмыться от этой вони.

— Сначала поджарим её.

Ведьма, будто почувствовав, что говорят о ней, очнулась и заворочалась, словно червь, издавая булькающие звуки. Локи с силой дёрнул за трос, и она вновь заверещала что есть мочи.

— Сука! — выплюнул он.

Дарси вернулась за сумкой, и они продолжили свой путь, то и дело осыпая вопящую ведьму грязными ругательствами. Их появление в городе вновь наделало немало шума. Жители в ужасе шарахались в стороны, завидев охотников, что сегодня утром помешали шерифу прилюдно сжечь ведьму, которая, по заверениям Локи, оказалась обычной женщиной. До этого дня настоящую нечисть никто из них ни разу не видел, поэтому, заслышав истеричные и явно нечеловеческие вопли существа, ужом извивающегося на вымощенной камнем центральной дороге, люди поспешили запереться в своих домах. Лишь самые смелые и отчаянные двинулись следом за Локи и Дарси к зданию городской тюрьмы.

***

— Там не было следов пребывания детей. Мне жаль. — Локи мерил шагами тесную комнатку, снятую на двоих сегодня утром, вытирая лицо и шею чистым полотенцем, смоченным водой.

Мэр, не скрывая расстройства, откинулся на спинку скрипящего стула, не сводя взгляда со стремительно перемещающегося мужчины.

— Зато, — Дарси положила на стол перед мэром пожелтевший свиток, — мы нашли вот это, — и резким движением развернула его.

— Что это? — мэр наклонился, стараясь понять, что же представляли из себя странные цветные рисунки с подписями на латыни.