– Я не хотела вас тревожить, - наконец, улыбнулась я.

– Хорошо. Но больше не делай так, ладно? Рустам, поедем домой. Позвони отцу, и скажи, чтоб Амир ехал назад. Они разберутся сами, - сказала мама и пошла в коридор.

– Рустам, прости, не хотела пугать вас, - обняла я брата.

– Мама чуть с ума не сошла, - обнял меня в ответ брат и тоже вышел вслед за мамой. Я проводила их, и уселась на диван, ожидая, пока придёт Амир. Он пришёл через полчаса злой, как не знаю кто и сразу же набросился на меня:

– Где ты была? Что за чушь ты несёшь своей матери?

– Не ори на меня, - сразу начала я, - я не хотела тебя видеть, ясно? Ты противен мне, - попытавшись придать голосу больше злобы, проговорила я.

– Меня не бывает дома допоздна. И ты это знаешь. Зачем уходить нужно было? Что за детский сад?

Не дослушав, я прошла в спальню и закрыла за собой дверь. Через секунду раздался стук.

– Открой дверь, мы не договорили.

– Я не хочу с тобой разговаривать, - устало ответила я, и начала переодеваться.

– А я не хочу, чтобы ты выставляла меня посмешищем перед людьми, - зло проговорил он.

– Тогда не веди себя как посмешище, - усмехнулась я.

Он ничего не ответил, но я мысленно представила, как он со злостью сжимает кулаки и багровеет от ярости. Минуту спустя я услышала удар кулака по деревянной поверхности. Надеюсь, дверь не сильно пострадала.

Только оказавшись на кровати, я поняла, как сильно устала. Все мысли выветрились, и я не могла ни о чём думать. Кажется, у меня болело всё тело. Каждая мышца. Каждый нерв. Прислушиваясь к собственным ощущениям, я обнаружила, что там у меня всё саднит, и любое движение причиняет боль. Но, несмотря ни на что, я уснула почти мгновенно.

Глава 7.

Проснулась я в 12 часов дня с ужасным настроением. Еле как, доковыляв в ванную, я включила воду и стала ждать, пока ванна наберётся. Добавив туда немного различных масел и пены, я забралась вовнутрь и закрыла глаза. Чувствовала себя так, будто бы по мне проехался КамАЗ. Дважды. Но мозг, в отличие от тела, уже отдохнул, и теперь с удивительной чёткостью подбрасывал мне картинки вчерашнего дня. Только теперь я полностью осознала, что наделала. Переспала с мужчиной, старше меня на 9 лет. Которого совсем не знала и видела всего лишь несколько раз. Но удивительно, как быстро я забыла об этом, находясь в его объятьях. Воспоминание о его тёплых руках вокруг моей талии вызвали слёзы, которые покатились по лицу слишком неожиданно, что я даже не осознала это, пока не провела ладонью по щеке. Откуда это ощущение родного человека? Почему мне было так спокойно? Неужели, всё это было лишь потому, что моя жизнь мне не принадлежала, и только этим поступком я попыталась взять всё в свои руки? Нет. Тут было что-то ещё, и я пока не знала, что именно. Не любовь же, усмехнулась я про себя. В любом случае, мы больше не увидимся, с облегчением, и в тоже время с горечью, подумала я. А вот что делать с моим мужем? Что, если всё-таки через некоторое время наши отношения наладятся? Моё отвращение к нему, которое просто было результатом злости, пройдёт? Одно ясно – мы не сможем развестись. Но и всю жизнь жить под одной крышей как соседи, тоже не сможем. Однажды, мне придётся ему обо всём рассказать, а до этого времени нужно было придумать историю, как так получилось, что я до брака имела близкие отношения с мужчиной. Потому что, рассказывать о Тимуре будет просто самоубийством, которое может непонятно чем закончиться. Даже представить боюсь, что будет с моей семьёй, если люди узнают, что они воспитали дочь, способную на измену мужу. Слишком много всего. Но я подумаю об этом позже. Не сейчас, когда сердце разрывается от боли, а глаза щиплет от пены. Я окунулась в ванну с головой, выбрасывая из головы все мысли, но безуспешно. На грудь давила тяжесть моих ошибок, и я забыла, как дышать, не обращая внимания, что нахожусь под водой. Я забыла, где нахожусь, мне показалось, что я в океане, и ухожу всё глубже под воду, не зная, как вынырнуть на воздух. В конце концов, я перестала бороться и просто расслабилась. Наконец, я ни о чём не думала. Было так легко.

Но тут я почувствовала на своих плечах крепкие руки, тянущие меня куда-то. Я начала сопротивляться, но услышала голос:

– Совсем сдурела, идиотка? Какого хрена ты творишь?

Это был Амир. Он сорвал с крючка полотенце и обернул меня им, поднимая на руки и относя в комнату. На кровати он укрыл меня одеялом и сел рядом. Я не знала что сказать, не до конца понимая, что произошло.

– Поговори со мной, - тихо произнёс парень.

– О чём? – услышала я свой собственный хриплый голос.

– Зачем ты это сделала?

– Сделала что? – тихо переспросила я.

– Я стучал в комнату, но ты не отвечала, и мне пришлось сломать замок. Услышал, что в ванной идёт вода, зашёл, и увидел, что весь пол мокрый, а в самой ванне лежишь ты, полностью под водой. Что, по-твоему, я должен был подумать?

– Я не собиралась топиться, если ты об этом. Наверное, просто потеряла сознание. Спасибо, что помог, - ответила я, ничего не выражающим, голосом.

Он тяжело вздохнул.

– Прости за вчерашнее, - тихо сказал Амир, положив руку мне на плечо. Но я дёрнулась, и он её убрал.

Не дождавшись от меня ответа, он вышел из комнаты. Я пролежала так некоторое время, но потом меня начали раздражать мокрые волосы, от которых промокла и подушка. Встав, я стянула с себя одело и полотенце, и надела поверх голого тела лёгкое шифоновое платье. Пройдя в кухню через зал, я нигде не увидела Амира. Наверное, он сидел у себя в кабинете. Холодильник оказался почти пустым, но у меня не было сил выходить сейчас в магазин. Поэтому, я просто сделала себе бутерброд и съела его, запивая кофе.

Амир вышел из кабинета ближе к вечеру, разговаривая по телефону, и явно меня не замечая, начал ковырять в холодильнике.

– Я понял, скажи, пусть сделают копии документов и вышлют мне на почту, потому что в ближайшие несколько дней меня не будет в городе. Я приеду в понедельник и сразу же поговорю с юристами, - он замолчал, слушая, что говорит его собеседник. – Хорошо. До связи. – Он отключился и положил телефон на столешницу.

– Холодильник пуст, - решила я подать голос.

– Вижу, - не оборачиваясь, ответил он. – Если хочешь, можем заказать еду на дом.