Его голос завораживал сильней, чем слова. В кожу словно впились мелкие иголочки, и Рэйчел почувствовала, как против воли начинает подпадать под магическое воздействие голоса Люка.

— Рэйчел, ты можешь все это обрести. Подумай только. Никакого страха. Никакого гнева. Тебе нужно просто расслабиться. Ты чувствуешь? По твоим венам струится спокойствие. Оно растворяет боль и уносит ее с собой. А ты, свободная, паришь в воздухе, словно пушинка. Ты чувствуешь, как началось исцеление? Как тело и душа, чувства и эмоции сплавляются воедино, обретая гармонию и покой?

Она не могла открыть глаза. Она полностью подпала под чары его голоса. Она не могла вымолвить ни слова, тело перестало ее слушаться. Рэйчел словно попала в какую-то порочную сладостную сеть, и, что самое странное, ей не хотелось спасаться бегством.

— Скажи мне Рэйчел, ты уже моя? Стал ли я владыкой твоей души, твоего тела?

Ей хотелось сказать «да». Больше всего на свете ей хотелось сказать это короткое слово. Но голос отказывал повиноваться, и проклятые слова так и остались невысказанными. Она заставила себя раскрыть глаза и встретилась с циничным взглядом Люка.

— Черта с два, — процедила она сквозь зубы, и все очарование разлетелось вдребезги.

Губы Люка скривились в усмешке, но сам он не двинулся с места. Рэйчел по-прежнему оставалась зажатой между стеной и его поджарым гибким телом.

— А ты твердый орешек, Рэйчел, — проворчал он.

— Так вот как ты вербуешь себе учеников? — спросила она дрожащим голосом. — С помощью гипноза?

— Только самых упрямых. Можешь быть довольна, с тобой я впервые потерпел неудачу. Хотя какое-то мгновение ты все же была у меня в руках.

— У меня иммунитет на тебя, — запальчиво сказала она.

И совершила ошибку. Они оба знали, что это неправда.

— Хочешь, я заставляю тебя взять свои слова обратно? Я могу это сделать, ты знаешь. Причем довольно легко.

На этот раз ей хватило ума промолчать. Люк не показал виду, что разочарован ее молчанием.

Он наклонился к Рэйчел, так что губы коснулись ее щеки, и прошептал на ухо:

— Беги.

Она не могла сдвинуться с места. Потом поняла, что это страх парализовал ей мышцы, и ощутила странную тянущую боль в низу живота. Закрыв глаза, она ощутила холодную влажность его щеки.

— Рэйчел, дверь не заперта. Беги.

Легче сказать, чем сделать. И он об этом знает, с горечью подумала Рэйчел. Чтобы сбежать, нужно к нему прикоснуться. Она должна добровольно положить руки ему на грудь, чтобы оттолкнуть от себя. Это было выше ее сил.

— Отойди, — прошипела она, все еще не раскрывая глаз.

Она почувствовала, как Люк замер на месте. Затем он отошел в сторону, освобождая путь к двери. Она не могла избавиться от мысли, что вся ситуация здорово его забавляет.

Рэйчел снова могла вздохнуть свободно. Она открыла глаза и свирепо уставилась на Люка.

— Я не люблю прикасаться к людям, — процедила она сквозь зубы. — И мне не нравится, когда другие прикасаются ко мне. Я не люблю целоваться, не люблю обниматься, не люблю мужчин и не люблю заниматься сексом. А тебя я просто терпеть не могу.

Пока Люк слушал тираду Рэйчел, его лицо приобрело серьезное выражение.

— Я могу тебя научить, — просто сказал он.

Она посмотрела на мужчину, которого ненавидела так яростно, что готова была убить, и поняла, что он прав. И это открытие ужасно ее напугало.

— Я ухожу, — сказала она.

Он кивнул головой, будто не ожидал услышать ничего другого.

— Я покидаю не только твою вельможную особу, но и Санта Долорес.

Он живо откликнулся на ее слова.

— Вот уж не думал, что победа достанется мне так легко, — буркнул он. — Я ожидал, что встречу более достойного противника.

В душе Рэйчел произошла короткая борьба между гордостью и страхом. Победил страх.

— Та, что сегодня дала отбой, завтра снова ринется в бой!

— Значит, победа не за мной?

— И не надейся! — заявила она. — Можешь считать это маленькой стычкой.

Его улыбка была просто сокрушительной. Рэйчел не могла оторвать от нее глаз. Неудивительно, что люди выстраивались в очередь, чтобы вручить ему свое состояние. Такая замечательная улыбка могла склонить саму Рэйчел встать в очередь вместе с остальными.

К сожалению, ее денежки уже находились в руках у Люка. К тому же ей не нравилось, что мужская улыбка могла оказать на нее столь разрушительное воздействие. Тем более улыбка такого мужчины, как Люк Берделл.