Я в ответ проделал то же самое. Ярослав вздохнул так, как обычно вздыхает, когда вынужден объяснять мне, казалось бы, очевидные вещи.

— Грязнокровками называют детей от маглов имеющих способности к волшебству, но которые не ложились на родовой алтарь, чью кровь не очищали от всякой дряни, которых не благословила магия. Над ними не проводились ритуалы, магия их не принимала в свое лоно. Они грязные, их кровь грязная, не исследована, с непонятными примесями. Как морковка, выдернутая из земли. Плод, безусловно, полезный, но прежде чем употребить, его нужно очистить. От таких людей не знаешь чего ожидать, они как дикие животные, которых в цирке научили кое-чему, но они от этого домашними не стали. Да, случилось чудо, и магия подарила новую кровь волшебному миру, но маги не приняли дар! Они проигнорировали ребенка и не позаботились о нем. Магия такого пренебрежения к своим подаркам не прощает, она умеет мстить, так что связываться с такими волшебниками себе дороже. Обычно они разрушители, от них одни беды. Это лишние детали, покинутые в головоломку жизни. Впихнуть, конечно, можно, но от этого пострадает общая картина.

— То есть? — опешил я.

— То и есть! — взорвался Ярослав. — Ваш директор — идиот! У вас есть книга, где каждый маг записывается с рождения. Он должен был найти ребенка, потом найти подходящую семью с родовым алтарем, глава которой стал бы ребенку крестным отцом, это можно было сделать в течение года, но нет же… На крайний случай можно было проделать все необходимое в замке и принять опеку над ребенком самому. В замке хоть и нет родового алтаря, но это место силы, магия бы уж точно не обиделась и приняла дитя. Ну, на самый захудалый случай можно было провести ряд ритуалов до года, потом подкрепить ее тело ритуалами в течение жизни, пока она не войдет в чей-то род. А там бы уже глава семьи сделал бы так, как посчитал нужным. Обычно в таких случаях входящему в род меняют имя и дату рождения на тот день, когда проводился ритуал. В этом случае много заморочек, но на что только не идут маги, чтобы заполучить сильного волшебника и новую кровь для своего рода. Он мог спасти их всех, сделать успешными людьми, а не ломать невинные жизни. Хотя, что взять от полукровки?..

— Это ты сейчас о ком? — не понял я.

— О директоре. Ты же знал что он полукровка?

Я не знал.

— Он, наверное, и сам не знал обо всех тонкостях. Это ведь дела главы рода, а он им никогда не был, все таскался за своим ненаглядным. К тому же у вас тут все эти дебильные законы. Запретить магию крови… Нонсенс! Да над вами все остальные маги ржут и пальцем у виска крутят. А ваш директор это все поддерживает. Магия крови много значит для семей, чтящих традиции. Похоже, что он о семье вообще ничего не знает! Не мудрено, он ведь до сих пор не женился, детей нет, да еще и это влюбленность в Грин-де-Вальда.

Вот тут уже я рот раскрыл. Наш директор гей? Ярослав подтвердил и про сестру покойную рассказал, и про брата тоже.

— Понимаешь, Гарри, — продолжил Ярослав. — Гермиона неплохая ведьма, сильная, но достойного мужа ей все равно не найти. Чистокровные ее за версту будут обходить, потому что неизвестно какое от нее будет потомство. Кому охота растить больных детей, инвалидов или сквибов? Вот мне не хочется… К тому же она может скончаться на родовом алтаре либо во время закрепления брака, либо во время рождения ребенка.

Оказалось, что маглорожденные волшебницы должны рожать на алтаре, чтобы получить максимальную защиту и чтобы ребенок родился сильным волшебником. Девушка, не прошедшая очистку крови при рождении может умереть или лишиться магии. Ребенок в таких случаях выживает всегда, так что некоторые свободолюбивые мужчины выбирают таких «одноразовых» жен, чтобы продлить род, но не быть обремененным супругой. Если супруга умрет — он вдовец, если лишится магии — ей сотрут память и изгонят в мир маглов. Что интересно в таких случаях откатов нет, ибо сквиб в глазах магии все равно, что мертвый волшебник. Она его просто не видит. Если не видит, значит и магические клятвы на него не распространяются. Вот так. Волшебный мир отнюдь не сказочный. Он жестокий и даже почти первобытный.

— Вот и сочетаются между собой грязнокровки, полукровки и предатели крови, — подвел итог Ярослав. — А потом на свет родятся слабые, невменяемые или наоборот — сверхсильные маги. Эмили тому пример. Ее мать была чистокровная, а вот отец — грязнокровый, но он это скрыл. Сказал, что рос в магической семье и все ритуалы проводились. В итоге Эмили теперь не сможет выйти замуж и родить ребенка, потому что она их просто задушит своей магией. Она сама как родовой алтарь, такая же мощная. Правда, наемник из нее вышел отменный. Она просто по воле собственного желания может прикончить человека, достаточно ей зрительный контакт поймать, а если уж прикоснется… Заклятия у нее мощнейшие! Только вот не всегда может контролировать себя. К тому же она видит чужую магию, магию мест и предметов, если сосредоточится. Ей даже манипуляции палочкой проводить не надо, чтобы узнать, что предмет заколдован. Иногда мне кажется, что она как будто божество. Почти всесильна… Однако это проклятие, а не Дар.

Мы немного помолчали. Каждый думал о своем. Рассуждать вот так о близких людях мне еще не приходилось. Думать о Гермионе, как о магическом инвалиде было тяжело и даже больно. А как Ярослав говорил об Эмили. Сколько боли и сожаления было в его голосе. Такое чувство, что он ее любит. А может и любит, только вместе они быть не смогут из-за ее особенности. Печально.

— Мне жаль твою подругу, но в магическом сообществе она может надеяться только на роль любовницы чистокровного, жены третьесортного мага или старой девы. Последнее предпочтительнее всего. Так она себя максимально обезопасит, потому что с каждым рожденным ребенком магия будет ее покидать. Три ребенка и она сквиб, четыре — труп. А так она может сделать карьеру в том же Министерстве или стать мастером. Ей неплохо даются чары и трансфигурация. Ее с удовольствием возьмут в ученицы, если она правильно обозначит свою позицию и осознает перспективы.

Неужели директор этого не знал? Ему же должны были сказать о его обязанностях? Или он считает все это пережитками прошлого? Тоже мне великий светлый маг…

— А я? — сегодня я немногословен.

— Твоя мать полукровка. На алтарь ее не возлагали — к тому моменту уже было поздно, но ты был рожден по всем правилам, так что с тобой нет проблем. Твой первый год прошел в лучших традициях чистокровных семейств. Отец твой идиотом не был и прекрасно понимал, что это делать необходимо. Жаль, что в последующие годы над тобой хоть маломальские ритуалы не проводили. Помнишь тот ритуал на день рождения? Это был многоступенчатый ритуал, мы его долго всем миром составляли. В тот день, в Белой голубке, я не зря назвал тебя новорожденным, потому что благодаря тому ритуалу ты действительно будто заново родился. В тот день твоя кровь повторно очистилась. Это стало возможным только потому, что родители твои все сделали правильно, и ты был принят магией, а она своих детей не бросает. Сейчас Эмили помогает тебе, направляет твою магию, раскрывает ее, расширяет. Она делает тебя сильнее, а я тренирую и не даю спуска. Египетские ведьмы очистили тебя от последнего проклятья, так что сейчас все в твоих руках. Ты должен понять, что от тебя зависим мы все. Это не значит, что мы просто будем сидеть, сложа руки и ждать указаний. Нет, мы участвуем в твоей судьбе, но если ты сдашься — мы все трупы.