Анна снова немного помолчала. Джоэ не проронил ни звука.

— Захватила с собой оленью шкуру, которой были покрыты санки и пошла дальше пешком. Шла почти целую ночь, пока не наткнулась на волчью стаю. Забралась на дерево, но они, на мое счастье, пробежали мимо. Я выбилась из сил, но все равно двигалась вперед. Потом наткнулась на остатки оленьей туши. Мясо еще не замерзло, а мне так хотелось есть… Пересилив отвращение, я проглотила несколько сырых кусков и пошла дальше. На крутом откосе у реки поскользнулась и полетела вниз, прямо в полынью. Помню только холод, страшный холод. А потом очнулась в твоей хижине. Теперь ты все знаешь. Если ты скажешь, чтобы я ушла, я уйду.

Анна замолчала и отвернувшись в сторону, грустно глядела на веселые искорки пламени. Джоэ долго молчал, пытаясь все понять и осмыслить, так как многое из сказанного было ему не понятно. Потом подошел, прижал к себе и сказал:

— Ты моя жена и я никому тебя не отдам. Ты храбрая и очень сильная. Здесь тебя не найдут. Я сказал ему, что никого не видел.

Анна резко повернулась и вскрикнула:

— Значит, это был бородатый голландец?!?

— Да. И с ним еще двое.

Женщина забеспокоилась и забегала по хижине:

— Нам надо уходить! Они могут вернуться.

Джоэ пожал плечами:

— Зачем? Все гринго уверены, что белая женщина с краснокожим жить не будет. Ведь мы для них дикари.

Анна остановилась рядом с ним и крикнула:

— Это они дикари! Они! Лучше тебя, добрее и умнее я еще никого не встречала!

Он погладил ее по волосам и невозмутимо возразил:

— Я твой муж, а ты моя жена.

Она вдруг улыбнулась:

— Значит я уже не белая женщина?

Джоэ хмыкнул:

— Белая! Но индеанка!

Анна взяла его большую руку в свои ладони:

— Спасибо!

Положила голову ему на грудь и замерла. Джоэ снова пожал плечами, а затем провел по ее косам ладонью и тоже задумался. Тихо сказал:

— Весной, когда река освободится ото льда, мы уплывем отсюда к моему народу. Там ты будешь в безопасности.

Анна подняла к нему лицо и с надеждой спросила:

— А они примут меня? Ведь я белая.

Он снова хмыкнул:

— Я приведу жену и они примут. Там мы совершим свадебный обряд. Ты согласна?

— Да.

— Твой Бог, — он указал пальцем на крестик, — не запретит тебе этого?

Анна поглядела на крестик задумчиво, вспомнила все свои беды и несчастья и честно ответила:

— Не знаю. Но я буду твоей женой. Прошу тебя об одном, не заставляй меня снимать этот крест. Это крестик моей мамы, она меня благословила им перед смертью.

Джоэ кивнул:

— Это твое дело, что носить на шее. Можешь молиться своим богам, если хочешь. Я уважаю твои обычаи.

Со следующего дня Анна начала еще усерднее тренироваться в стрельбе из лука. Вскоре она достигла таких результатов, что удивила мужа.

Джоэ возвращался с охоты, когда заметил жену, целившуюся во что–то. Он спрятался за елью и решил понаблюдать, но цели, как ни вглядывался, не видел. Стрела свистнула. Анна подбежала к ней и радостно засмеялась. Подняла и Джоэ увидел на ее острие крошечное перышко от белой куропатки. Стрела пробила стерженек у основания. Джоэ задумался.

На следующий день он взял жену с собой на охоту и вскоре они подняли в воздух стайку куропаток. Прежде чем птицы улетели, Анна убила трех. Причем она доставала стрелы с такой скоростью, что трудно было уловить даже движение пальцев.

Джоэ тоже убил куропатку. Задумчиво взглянул на жену и спросил:

— Ты боишься, что я не смогу кормить тебя? В нашем племени никто из женщин, да и многие мужчины не могут стрелять так, как ты.

Она подошла и прижалась к нему, сжавшись в ком, словно стараясь спрятаться на его груди. Убежденно сказала:

— Они вернутся, но я буду готова их встретить!

Джоэ вздрогнул от ее убежденности. Потом вспомнил о том, как она нашла его полумертвого в лесу и понял, что тренировки эти для защиты, а не от неверия в него. Сам он мастерски бросал нож из любого положения. После ее ответа он решил научить этому жену.

Вместе они метали нож лежа, падая, кувыркаясь, на бегу. Рука Джоэ лежала поверх руки Анны и направляла движение. Вскоре она добилась хороших результатов и в метании.

Как–то раз, возвращаясь вместе с мужем с охоты, Анна решила потренироваться. Отступив несколько шагов в сторону, она вдруг заметила метнувшуюся тень какого–то зверя. Разглядывать не было времени и женщина метнула нож, а когда подошла, закричала от радости на весь лес.

Шедший впереди Джоэ, от неожиданности, сел в снег, а потом прибежал к ней. Под елью лежала большая черно–бурая лиса с серебристым отливом. Нож попал ей в горло. Индеец подскочил и начал приплясывать вокруг, что–то напевая. Затем вытащил нож и снял шкуру целиком, сказав жене: