– Что-то серьёзное? – Ивица отложила расчёску, и, когда муж положил голову ей на колени, запустила пальцы в его волосы. Вампир устроился поудобней, привычно вытянулся, и закрыл глаза. Он обожал эти моменты. И до сих пор задавался вопросом, чем же он там отличился пред небесами, что они дали ему такое счастье.

– Девушка Томми беременна, и все стоят на ушах. Ничего страшного.

– Ребёнок это хорошо. И совсем не страшно.

– Знаешь, что я подумал. – Улыбнулся Кол, притягивая жену к себе, целуя её в шею. – Нам нужны ещё дети. Хочу дочку, милую, добрую и мягкую, с рыжими волосами… Прямо как ты.

– У нас есть Адель. – Иви с удовольствием поддалась его рукам, как и всегда. Она так сильно любила мужа, что даже самой порой было страшно. Кол, дети, так похожие на него… Дриада делала всё, что могла для того, чтобы он был счастлив. Это делало счастливой и её саму.

– Адель уже взрослая. У неё будет своя семья, и рано или поздно, она уедет от нас.

– Нам нужно позаботиться о Лео. Он такой умный.

– Лео ждёт Кембридж, математический факультет. Наш мальчик гений. Так ты родишь мне ещё детей, Иви Майколсон?

– Да. Таких же замечательных, как ты.

========== Часть 5 ==========

Бристоль, Badminton school, Великобритания. 200 км от Лондона.

– Леди Маргарет, леди Маргарет… О, вы уже встали, леди. Наденьте шаль, вы простудитесь.

– Джен, ты слишком много волнуешься. – Девушка стояла у распахнутого окна, подставив лицо весеннему ветру. Ей было восемнадцать, и день был прекрасен. Одна из самых престижных школ для девочек, находящаяся в первой сотне рейтинга, была для неё вторым домом многие годы. Пансион, интенсивные занятия, поездки домой каждые выходные. Всё это должно было закончится в следующем семестре. А сейчас ещё ждали пасхальные каникулы и поездка домой. Маргарет Майколсон была одной из немногих, кому позволяли держать при себе горничную. И, то, девушка была уверена, без отца тут не обошлось. Элайджа Майколсон, благородный и галантный, мягкостью нрава не отличался, и промыть мозги ректорату было вполне в его духе. Вот только, особые привилегии, окружившие леди Маргарет, очень не нравились другим студентам. Заставить окружающих любить её было, не под силу ни отцу, ни матери, Верховной Жрице. Тут Маргарет могла рассчитывать только на себя. И она прекрасно с этим справлялась. Красива, изящна, безукоризненно воспитана, девушка, казалось, собралась всё лучшее, что было в её родителях. И только близкие знали, что юная леди отлично умела именно казаться. Под милой, невинной улыбкой скрывался железный характер, воля и, спящие пока, не дюжие магические способности. Леди Моргана, её мать, позаботилась о том, чтобы Маргарет научилась жить среди людей, прежде чем родовая сила проявится. Раз уж старший Майколсон женился на ведьме, удивляться не приходилось.

– Ваш завтрак, леди. – Старая служанка, нянькавшая госпожу с самого рождения, с ворчанием поставила поднос. Она была одной из очень немногих, кто знал, кто такие Майколсоны. Но служила им верой и правдой вот уже двадцать лет вовсе не поэтому. Леди Моргана, Верховная Жрица, ведьма, когда-то положившая жизнь, борясь за жизнь друидов, вызывала у Джен чувство глубочайшего восхищения. – Ваш отец прислал машину, шофёр ждёт внизу.

– Мама открывает новый ресторан, и хочет, чтобы мы с братом присутствовали. – Маргарет пожала плечами, принимаясь за завтрак. Кофе, тосты, каша, круассаны. Обычное меню, как и всегда. Ничего не меняется, и это вгоняет в глухую тоску. Надоело.

– Леди, вы должны выбрать себе кавалера на бал дебютанток. И не морщитесь, леди, это очень важно.

– Да-да, конечно. – Передразнила девушка. – Архиважно, кто из сынков старого рода встретит меня в конце лестничного пролёта. Ведь от этого зависят все деловые связи в будущем. И отцу надо показать, какая у него выросла дочь. Престиж, куда денешься.

– Граф Арундел будет там. И он всё ещё свободен.

– Артур сопровождает свою сестру. Местные сплетницы говорят, у Кристины мальчишеские повадки. Будет интересно посмотреть… Не смотри на меня так, Джен. Бал только осенью, я что-нибудь придумаю. Или пойду с отцом.

– Леди Маргарет…

– Перестань меня сватать, Джен. Это отцовская работа, а ты оставайся моей доброй милой Джен, которая всегда была на моей стороне.

– Ох, леди Маргарет… Я только ради вас стараюсь… Вы же мне как дочь.

– Джен. – Девушка с улыбкой пожала руку своей няньке. – Не беспокойся за меня, я не тороплюсь связываться с кем-то так рано. Кингс-колледже, рядом с домом, доучусь, займусь карьерой. Буду учиться у матери быть ведьмой, достойной нашей крови.

– Негоже это. – Сокрушенно покачала головой женщина. – Матушка ваша, ещё до вашего рождения, никакого «бизнеса» не знала, как истинной леди и полагается. А теперь, пади ж ты, ресторанный бизнес, брюки носит и машину водит. Куда катится этот мир…

– Он катится туда же, куда и последние пару веков. Хватит причитать Джен, мне надо переодеться, вещи уже спустили? Отлично. Сейчас соберусь и поедем.

Леди Маргарет удалась блондинкой, что не так часто случается у темноволосых родителей. Мама учила её быть леди, правильно одеваться, правильно краситься, правильно разговаривать. Отец… Элайджа Майколсон был хорошим отцом, но сугубо так, как он сам это понимал. Заботился, защищал, обустраивал их жизнь по высшему разряду. Вот только в их доме царил холод благопристойности. Проявлять эмоции считалось чем-то… не непристойным, нет, но не самым достойным для истинных аристократов. Леди должна вести себя достойно и держать себя в руках. При любых обстоятельствах. В семье дяди Ника было по-другому. Тётя Кэр обожала, когда они приезжали, выливала на них волну эмоций и нежности. Тетя Бекс тоже плескала эмоции во все стороны, но они неизменно несли оттенок истеричности. А вот Иви… жена дяди Кола, да и он сам… в их доме всегда царили тепло и любовь. Это выглядело так легко и правильно…. Словно только так и должно было быть. В этой семье была самая тёплая атмосфера из всех Майколсонов. Ну а Маргарет… поправит перчатки, оправит шёлковое платье, оденет шляпку, чтобы солнце не коснулось аристократически бледной кожи. И поедет в родительский дом, а по дороге подумает, кого же ей осчастливить. Джен права в одном. Хочешь, не хочешь, а выбирать кавалера на бал дебютанток всё равно придётся. И стоит выбрать того, кто в будущем ей пригодится. И, лучше бы, это был тот, от кого не начнёт тошнить к концу вечера. Тут есть о чём подумать. И подумать тщательно.

Dulwich College, г. Лондон, 8 км от центра города

– И с кем ты собираешься тренироваться, если всех размазываешь по стенке? А, Майколсон?

Генри снял шлем и широко улыбнулся. Он обожал фехтование, и проводил всё время в классе. Он уехал в один из лучших пансионов для мальчиков в семь лет, и дома проводил только выходные, хотя уж в этом не было никакой необходимости. Пансион в черте города, домой можно было ходить каждый день, но Генри не слишком туда рвался. Он любил проводить время с друзьями. А когда ему исполнилось двенадцать, стал выезжать на исторические сборы. Сын Элайджи Майколсона обожал доспехи, мечи, конные прогулки, фехтование. Учебные рапиры были хороши, но не оставляли того летящего чувства удовлетворения, как добротный меч старой ковки. В сражениях, пусть даже и не настоящих, и верховой езде, была вся его жизнь. Ему было четырнадцать, и, как любой мальчишка этого возраста, он не думал о будущем, не строил никаких планов. Всё, чего он хотел, это заниматься любимым делом, развлекаться с друзьями, и чтобы родители поменьше его дёргали. И он любил свою сестру. Маргарет была порой просто невыносима, но всегда его поддерживала, что бы он не делал. Мать была не в восторге от его увлечений, ворча, что рыцарство не актуально для юного отпрыска аристократической фамилии. Занятие семейным бизнесом её бы намного больше порадовало. Но, увы. Каждый из её детей занимался исключительно тем, к чему лежала душа. Правда, Генри не был уверен насчёт сестры. Пока что Маргарет жила ровно так, как и должна была. Училась, где должна была, изучала нужные предметы, вела светскую жизнь. Общалась с теми, с кем нужно, в своей вежливо-циничной манере, но всегда безукоризненно. Образцовая юная леди из хорошей семьи. Что ж, рано или поздно, Генри придётся играть роль единственного сына и наследника, а может статься, сестра выскочит замуж за кого-то подходящего, он достаточно понравится отцу, и избавит его от необходимости изображать аристократа. А сейчас… сейчас он будет делать то, что ему нравится.