Его слова откровенно смущали. Да и сам он сегодня действовал на меня как-то странно. Теперь он был свободен и вполне здоров, но мне всё равно постоянно нужно было ощущать контакт с ним. И если бы он сейчас не взял меня за руку, я бы сделала это сама. Такое чувство, что после установки энергетической связи мы с ним стали дополнением друг друга, хоть это и странно.

— Буду счастлива считать тебя своим другом, Рио… — я заметила, что на солнце глаза его глаза становятся ещё более выразительными и, как будто, начинают излучать мягкий свет. И с ужасом поняла, что даже несмотря на то, что он держит в своих ладонях мою руку, меня безумно тянет к нему. И дальше списывать это неуёмное чувство на энергетическую связь было бы настоящим самообманом. Я понимала, что нужно бежать отсюда, от него, пока не стало слишком поздно… Но не могла даже пошевелиться.

— Я обещал, что расскажу тебе о причинах нашей с Тамиром ссоры, когда мы будем здесь, в этой беседке. И, судя по всему, пора платить по счетам, — проговорил Рио.

— Если не хочешь, можешь не рассказывать. Ведь теперь в этом уже нет смысла, инцидент исчерпан.

— Нет, Тиана, для меня он никогда не будет исчерпанным, — возразил он. — В общем, слушай… Когда в сорок третьем году прошлого века вовсю шла война, я командовал некоторыми секретными подразделениями наших. В их задачи входило по максимуму снизить количество человеческих жертв. Мы воевали на стороне Советского Союза и в основном занимались освобождением пленников и разрушением немецких баз и штабов. Брат Тамира, Архон и его жена Камила, тоже были в числе тех, кто принимал в этом участие. И вот, во время захвата одной из баз, эти двое вызвались освободить пленников. В тот момент я наблюдал за ними в бинокль. Когда все вышли, и Архон с Камилой в том числе, я отдал приказ разрушить базу. Но через несколько секунд после этого, с ужасом заметил, что брат моего друга и его жена возвращаются обратно, в захваченное здание. Я не успел отменить свой приказ. Раздался взрыв… который сравнял эту базу с землёй.

— Рио, ты не должен винить себя… Здесь, конечно, твоя роль не была последней. Но ты не мог чего-то изменить, — проговорила я, сильнее сжимая его ладонь.

— Знаешь, я ещё много лет умудрялся скрывать это от Тамира, что при нашем постоянном мысленно контакте было на грани фантастики. Но… как говориться, правда всегда всплывает на поверхность. И когда он её узнал, то был шокирован. Но больше всего его зацепил не тот факт, что именно я отдал приказ убить его брата, а то, что так долго это скрывал. Доверие всегда было для Тамира на первом месте… Можно сказать, что своим враньём, я и поставил крест на нашей дружбе, — сказав это он повернулся ко мне. — Теперь ты, наверно, считаешь меня ещё большим чудовищем?

— Как ни странно, нет… — ответила я, тут же отворачиваясь к морю. — Главное, что теперь всё опять встало на свои места, — несколько минут мы молчали, наблюдая за закатом. — Теперь моя очередь рассказывать правду.

— Можешь не утруждать себя, — улыбнулся Рио. — Тамир уже всё мне рассказал. Причём, учитывая его привычку капаться в воспоминаниях, мне была представлена полная картина событий тех дней. Знаешь, мне очень стыдно за такое отношение Литсери к тебе… Ты этого не заслужила.

— Поверь Рио, я ни о чём не жалею, философски принимая любой жизненный опыт. А то чему меня научил Лит, просто бесценно. Я поняла, что доверять можно только избранным, и перед любым своим поступком нужно думать, к каким последствия он может привести… — почему сейчас говорила всё это, и с чего взяла, что Эверио можно доверять, я не знаю. Просто теперь в моей и без того не особо умной голове что-то перещёлкнуло, и Рио стал казаться мне чуть ли ни самым близким человеком на планете.

— Из-за Лита ты не подпускаешь моего братца слишком близко? — спросил он, лукаво улыбаясь.

— И да, и нет… Он очень хороший, он был рядом, когда я нуждалась в поддержке, но… я не чувствую к нему ничего кроме уважения и лёгкой симпатии, — ответила, опуская глаза.

Что я несу? Да я даже с подружками никогда так откровенно не разговаривала! Наверно во всём виноват этот грёбаный энергетический контакт.

— Тогда, скажи ему об этом. Не стоит его разочаровывать и давать ненужную надежду. Хоть он и странный, но всё же мой брат, — с какой-то грустью проговорил Рио, поворачиваясь к морю. И помолчав немного, продолжил: — А ты знаешь, почему это место назвали «Дом Солнца?»

— Нет, я, честно говоря, даже никогда об этом не задумывалась, — очень радовало, что беседа перешла на нейтральную тему.

— Посмотри на закат… — продолжил мой собеседник. Ярко красный солнечный диск медленно скрывался за линией горизонта, раскидывая свой прощальный алый свет по всей морской глади. — Каждый вечер, пройдя весь круг, солнце возвращается домой, за горизонт. Поэтому Яро и решил, что это место заслуживает такого громкого названия. С тех самых пор Дом Солнца стал пристанищем для многих. Как и я, как и ты, мотаясь по миру всё те, кто бывал здесь хотя бы раз, всё равно возвращаются сюда… Возвращаются домой.

— Красивая история, жаль, что раньше её не слышала.

— Возможно, именно я должен был тебе её рассказать, — как бы между прочим он медленно водил пальцами по моей руке, от чего я опять начала терять самообладание.

— А Лит, он был здесь? — спросила я, внезапно вспоминая о своём толи друге, толи враге. Вообще странные у нас с Литом отношения, да и сам он странный.

— Да, Тамир решил, что он усвоил урок… Но почти сразу был вынужден отправиться обратно в Америку. Там нас ждут много нерешённых проблем. Я остался только чтобы дождаться твоего пробуждения, но уже сегодня вечером буду вынужден уехать, — спокойно сказал Эверио, опять отворачиваясь к закату.

— Нет, Рио, пожалуйста… — я подняла на него испуганный взгляд. Внезапно меня накрыла волна уже знакомой паники. Странно, но я на самом деле жутко переживала за него.

— Не волнуйся так, — сказал он, зажав у себя в ладонях мою руку. — Я не буду лезть на рожон, риска почти нет.

— Не пойми меня не правильно, просто, мне бы не хотелось опять вытаскивать тебя из беды, — тут же осеклась я, ругая себя за излишнюю эмоциональность.

— Я всё правильно понял… — ответил Эверио, с какой-то полуулыбкой.