Вокруг стояла кромешная предрассветная тьма, а наши чёрные костюмы с капюшонами и отлично сливались с цветом окружающего пространства. Передвигались мы практически бесшумно, и может именно это спасло меня от то ярости Лари по поводу столь неприятного пробуждения. Я чувствовала, что её распирает от негодования и желания вылить свою злобу хоть куда-нибудь, да только ранним утром на улице делать это было нельзя.

Но, как только задняя дверь входа в спорткомплекс плотно закрылась за нами на ключ, Иларию будто прорвало.

– Вот же хрень!
– рычала она себе под нос, но делала это довольно громко.
– Что, за утро?

Главный рубильник, подключающий электричество ко всему зданию, никак не хотел поддаваться под её напором, что раздражало ещё сильнее и, рванув его со всего напряга, она с ужасом уставилась на оставшийся в руке кусочек рычага.

Вот она, разрушительная сила нервов! И глядя на всё это мне уже совсем не хотелось видеть сегодня Лари своим противником. Ещё пришибёт по неосторожности...

Когда наглый рубильник, наконец, соизволил включиться, и мы добрались до огромного зала, где располагался корт с трибунами, она немного успокоилась, но я очень отчётливо ощутила, что для её срыва будет достаточно всего одной малой детали. Может, нам и правда не стоило сегодня сюда приходить, а Иларии пора вспомнить, что она не железная, а такие нагрузки, с которыми эта девушка живёт уже довольно давно, способны прикончить любого?

– Подавай!
– крикнула она, со своей половины корта.

– Без разминки?
– удивилась я. Раньше мы никогда не начинали занятия без предварительного разогрева, состоявшего из короткой пробежки и ряда упражнений, но сегодняшний день явно намеревался стать днём исключения из всеобщих правил.

– Нафиг разминку!
– отозвалась она в своей обычной манере.
– Давай!

Игра началась, причём моя соперница, судя по всему, решила, выместить всю свою злость на мячиках, а следовательно, и на мне. Отбивать её подачи сегодня было слишком сложно, потому что от той силы, с которой она махала ракеткой, можно было с лёгкостью пробить бетонную стену, причём не одну.

В общем, уже через полчаса эта игра превратилась из тенниса в детскую забаву «Догони меня мяч», и я уже не думала, как бы отбить подачи, а просто старалась поизящнее увернуться.

– Агния, перестань поддаваться!
– разозлено кричала Лари.

– А ты перестань лупить по мячам, как будто они все твои кровные враги!
– отвечала я.
– Так и покалечится не долго.

– А, может, я хочу жёсткой агрессивной игры?
– не унималась разгоряченная блондинка.

– Ах, так?
– возмутилась я. Её выкрутасы с подачами уже искренне бесили.
– Хочешь, значит, получишь!
– и с этими словами я со злостью подкинула мяч над собой и с диким свистом ударила по нему ракеткой.

Лари отбила её с большим трудом, но с не меньшей силой. Я тоже не была намерена уступать и, в конце концов, эта игра превратилась в такую напряжённую схватку, что ощущение окружающего мира пропало вовсе. Сейчас существовали только я, Лари и стремительно летящий мячик. И с каждым ударом его скорость становилась всё больше...

Не знаю сколько продолжался этот странный бой, потому что ощущение реальности вернулось ко мне только когда я всё же не рассчитала удар и мяч, наконец, вылетел за границы поля. Это стало финальным гонгом в нашей схватке и, осознав это, я обессилено и тяжело дыша, рухнула прямо на пол. Лари тоже поспешила сесть.

– Ну что, легче стало?
– спросила язвительным тоном, немного отдышавшись.

– А то!
– ответила она.

– Да, Иля, не хотел бы я оказаться с тобой на одном корте...
– прозвучал мужской голос со стороны трибун.
– Искренне сочувствую твоей подруге, такие кульбиты выдержит не каждый.

Я удивлённо замерла, но позы не сменила. Не хотелось бы мне сейчас показывать им, что зрачки у меня не такие как у них и приводить тем самым простую беседу к примитивным разборкам. Хозяина голоса мне видно не было, но вот выражение лица Иларии говорило о многом.

Шок медленно сменялся ехидной гримасой, а на губах расцветала её фирменная шальная улыбочка.

– Кого я вижу?
– воскликнула она, не меняя при этом позы.
– Ты, всё-таки вернулся, да ещё и приспешничка братца с собой прихватил?

– А ты всё так же продолжаешь приводить в ужас весь город одним своим присутствием?
– не уступал её собеседник.

– А то! Представляешь, они даже ругаться со мной перестали, поняли, наверное, что это бессмысленно!
– теперь улыбка Лари стала более открытой и очень весёлой.
– Иди уже сюда, оболтус ты мой ненаглядный!