Нина не различила бы, что там углядела подавшаяся в хиромантию провидица, даже будь картинка четкой, как воспоминание. Но мутная картинка оборвалась, рассеявшись дымом.

– Она же… ничего не сказала, – встряхнувшись, уточнила Энди.

Нина, чувствуя дрожь, бессмысленно пялилась на осколки.

– Это предсказание Снейпу, – наконец, сумела произнести она. – Значит, он что-то спрашивал у неё, на что-то надеялся, именно на прорицание, а не на факты, которые знал от нас.

– Она ничего не сказала, – твердо повторила Энди. – Не забивай голову, Нина. «Воздастся за боль». Все б так предсказывали, так и я могу. И жизнь, и смерть – один фиг «воздастся», подробностей тоже никаких.

Крюкохват с видом королевского лакея держал профессорское наследие.

– А что скажете вы? – обратились к нему девушки.

– Гоблинское сообщество выше шарлатанских наук, – неторопливо и с достоинством ответил он.

– Одно меня смущает, – вставила блондинка, – пророчества, вроде как, могут взять только те, о ком они. Там же Снейп, ты там не упоминаешься.

Нина задумалась.

– Выходит, упоминаюсь. Может, я и есть это воздаяние, – на миг её лицо озарила робкая улыбка.

– Если он жив, ему много лет, которые он прожил, скрываясь неизвестно в каких подземельях, потому что его искал весь мир, он не оставил ни одного толкового письма, не связался ни с кем из магов. Магов, с которыми сражался на войне, а это… уже доверие, – с печальным спокойствием перечислила Энди. – И тут явится юное «воздаяние», недоволшебница, которой оставлен волнующий весь магмир сейф. Ты заметила, что мы теперь младше даже золотой троицы?

– Заткнись, – тихо сказала Нина. Другие слова и впрямь было трудно подыскать. – И не теперь, а изначально.

Это Нина и так знала, хотя актеры были её ровесниками.

– Я поеду к Берни, когда выберусь отсюда. Проклятое кольцо должно быть у него, – тон блондинки сменился на деловой и строгий. – А ты куда? В Нурмегард?

– Ты забыла про Амбридж? Странное обстоятельство. Нурмегард нужнее тебе, у меня там родни нет, – Нина машинально коснулась пальцами висков. Пальцы уже с трудом ощущались и посинели от холода. – Из банка есть ещё один выход?

– Служебный, – кивнул гоблин. – Это на несколько этажей ниже. Вы попадете в коридор, идущий прямо под Темзой, и особый вагон доставит вас в Гоблинский лес. Там живут почти все работники.

– Как мило… – вздохнула девушка. С её магическими способностями оказаться неизвестно где, пожалуй, хуже, чем отвечать сейчас на бесконечные расспросы друзей. – Здесь холодно, – добавила она с горечью. Не хватало ещё простудиться.

Гоблин поднял ладонь, и вокруг них образовалось подобие прозрачной сферы из теплого воздуха.

– Почему вы сразу этого не сделали?

Банкир хитро сощурился, словно оценивая её, и промолчал.

– Вы не торопитесь? – уточнил он чуть позже, не меняя позы и гордо удерживая пробирки.

– Боюсь, что нет, – рассеянно сказала Нина. Она уже согрелась, а путь наверх мог быть полезен только наличием там трезвомыслящих Минервы и Гермионы. Остальные устроят лишнюю суету из ничего, ведь результатов нет.

Энди перелезла через бортик вагона, не удержавшись от падения, и на четвереньках вползла в теплую сферу. Нина слабо улыбнулась.

– Смейся, смейся, – та уже располагалась с удобством на своей сумке, – а мне плохо.

– Может, поднимешься наверх? На свой паспорт, – протянула ей документы Нина.

– Нет уж, я тут как минимум до выяснения обстоятельств. Пусть ваши маги меня сами потом в Португалию доставляют. Слушай, нам, наверно, посох нужен, с него же всё началось?

– Наверно, – согласилась мисс Норден. – А я думаю, мне не помешает глоточек жидкой удачи, раз Северус так любезно завещал мне целый флакон. Потом надо посмотреть, что там в пробирках. В банке есть омут памяти?

Застывший каменным изваянием гоблин медленно кивнул. Он не сводил глаз с бутылочки Феликса.

– Вот и чудесно, – Нина размотала нить и сняла бумагу с крышки. Она даже не сразу поняла, что пергамент – ещё одна записка, потому что взгляд сразу выхватил другую деталь. На тонкое высокое горлышко бутылки было одето старинное, почти черное широкое кольцо с едва заметными выгравированными буквами.

– О, Мерлин, – чуть не всхлипнула девушка. – FIDES, Энди, то самое кольцо… Снейп нашёл его, и… – Нина уткнулась в короткое послание.

Наблюдавший за ней Крюкохват довольно пробурчал себе под нос: «гоблинское серебро». Откуда оно взялось у друидов, Нина даже думать бы не стала. Всего две косые строчки на листе гласили: «Удачи нам обоим. Ты знаешь, что делать. Воспоминания подождут. И хранит нас Мерлин!», – размашистый росчерк в конце был нетипичен для Снейпа, но, видимо, профессор тоже был на эмоциях.